«Техника-молодежи» 1996 №2, с.34-35, 54


Г.КОЛЕСНИК
г.Тверь

ВСТРЕЧА

Звездолет-рудовоз, груженный тремя миллионами тонн уранового концентрата, летел с дальних разработок на Агее-15. За иллюминаторами стояла вечная ледяная ночь, а здесь, под многослойной оболочкой карбонато-иридиевой защиты, мощные лампы разливали свой молочно-белый свет, загоняя тьму в самые отдаленные закоулки. Шел уже четвертый месяц пути.


Джибл Гаррисон, вахтенный пилот, которому изрядно надоели все звездолеты на свете, в самом мрачном расположении духа бродил по центральному коридору корабля, изредка посматривая на толстую титановую дверь, ведущую в ходовую рубку.

Вообще-то ему полагалось находиться за этой дверью: сидеть около пульта управления и смотреть, как бегут, сменяя друг друга, сообщения на дисплеях. Но после капитального ремонта, когда на корабле установили электронный мозг последнего поколения и новейшую навигационную аппаратуру, пилоты стали манкировать своими обязанностями, полностью полагаясь на "ум и реакцию" приборов. Поэтому рубка теперь, как правило, пустовала — пилот заходил туда лишь несколько раз в искусственные сутки, чтобы снять с дисплеев последние сообщения и сделать запись в вахтенном журнале.

Вот и сейчас его сменщик изнывал от скуки в своей каюте и мечтал об отпуске, а сам он убивал время, бродя по коридору и предаваясь не очень-то веселым мыслям.

"А не прокрутить ли нам фильм, мистер Гаррисон?"— возник спасительный вопрос в изрядно осовелой голове Джибла.

"Какой? — сам себе возразил он. — У нас же видеотека не обновлялась со времен строительства этой лоханки".

"Что-нибудь попроще, например, боевичок не помешал бы".

"Пожалуй, — нехотя сдался Джибл. — Боевичок так боевичок".

И без особого энтузиазма направился к видеозалу. Под ногами поскрипывал пластик, из рубки доносился мелодичный писк вычислительных машин, и больше ничто не нарушало тишины, царящей во внутренних помещениях звездолета.

Гаррисон мимоходом взглянул сквозь метеоритонепробиваемое стекло иллюминатора на крупные, как яблоки, звезды и пошел было дальше, но вдруг до его слуха донеслись тяжелые шаги. Кто-то словно бы маршировал по боковому коридору: раз-два, раз-два...

Недоумевая, он остановился. "Видать, сменщик совсем рехнулся от безделья".

Шаги между тем приближались. Наконец, из-за угла показалась блестящая клешня, затем могучая бронированная грудь, голова с пучком антенн. Робот!

Вопль Джибла потряс стены коридора, На корабле НЕТ ТАКИХ РОБОТОВ! Есть супермозг, есть тупой полуавтоматический погрузчик, есть, наконец, автомат для раздачи горячего питания, но таких роботов нет!

Сверкающий великан повернул голову, и его глаза-фотоэлементы встретились с обезумевшим взглядом человека.

А-аа! — Гаррисон бросился к своей каюте.

Задыхаясь, он влетел в жилище и принялся лихорадочно блокировать дверь. Закрыв на все замки, придвинул к ней комод и шкаф старинной работы, которые возил с собой, дабы оживить казенную обстановку каюты.

"Фу... Теперь не прорвется",

Джибл удовлетворенно оглядел воздвигнутую баррикаду и прислушался. За дверью стояла полная тишина.

"Притаился, гад! Наверное, сбежал с Агеи, спрятался на корабле, а теперь объявился, заяц космический!"

Он повернулся к столу, чтобы взять кресло и почувствовал, что сейчас шмякнется на пол: за столом сидел совершенно зеленый субъект, без единого волоска на треугольной голове и, широко раскрыв желтые, как у кота, глаза, с нескрываемым любопытством наблюдал за ним.

Молчание длилось минуты три.

"Вот так сходят с ума... Сначала робот, потом эта... жаба... Гал-лю-ци-на-ци-я..."

Гаррисон обессиленпо прислонился к стене.

— М-м-м... Вы представитель разумного вида? — наконец, приятным баритоном осведомилась "жаба", по-видимому, достаточно налюбовавшись на обалдевшего пилота.

— Д-да... — Гаррисона не удивило, что нежданный гость изъясняется на чистом английском: при расстроенной психике может случиться и не такое.

— Очень, очень приятно! Разрешите представиться: Гуамин ди Захр АБВ-сто пятый, цивилизация планеты Карлен, система звезды Ариотэйри.

— Гаррисон, промямлил Джибл, решивший не портить отношений с собственной галлюцинацией.

— Очень, очень приятно встретить собрата по разуму в глубинах космоса! — произнес субъект и добавил: — Вы так странно вели себя, что я поначалу принял вас за какое-то неразумное существо. А вас, как догадываюсь, просто напугал робот. Не беспокойтесь, он ручной, совершенно безобидный. Эй, Мапр, входи, не бойся!

Дверь, несмотря на замки и баррикаду, немедленно отворилась, и блестящий гигант робко вошел в каюту, на почтительном расстоянии обойдя окончательно впавшего в транс Джибла.

— Я вижу, мистер Гаррисон еще не совсем пришел в себя... Мапр, дружок, будь любезен, приготовь ему кофе, а мне — свой фирменный.

С этими словами Гуамин ди Захр протянул роботу неизвестно откуда взявшуюся жестянку с проявившейся надписью "Универсум", а тот на глазах у ошеломленного Гаррисона высыпал ее содержимое себе в пасть, после чего отправил туда же и жестянку.

"Скорее таблетку стимулятора!"

Джибл отклеился от стенки и подошел к койке, над которой висела аптечка. Самочувствие у него было просто восхитительным: в мозгах клубился туман, а перед глазами мельтешили звездочки ослепительно-фиолетового цвета.

— Сколько вам сахару? "Ха-ха, у них есть и сахар!"

— Один кусок, — Гаррисон слабой рукой пытался открыть аптечку.

— Пожалуйста, мистер, — угодливо склонился над ним робот. Панель на его необъятной груди отъехала в сторону, и внутри, где у боевых машин обычно находятся какие-нибудь орудия убийств, у Мапра стояла, дымясь, тонкая фарфоровая чашка с напитком.

Джибл, зажмурившись, втянул в себя густой аромат свежеприготовленного кофе и, понимая, что идет против здравою смысла, что все происходящее — просто игра воспаленного воображения, тем не менее взял чашку и отхлебнул глоток обжигающего напитка.

Кровь застучала в висках, унося прочь клочья тумана: фиолетовые звезды поблекли и вереницей умчались за иллюминатор. Голова перестала ныть, словно из нее выдернули какую-то занозу. Гаррисон открыл глаза и увидел АБВ-сто пятого, сидящего с прозрачной посудиной в руке, к которой он время от времени прикладывался, потягивая зеленую, как и сам, жидкость.

— Ну вот, вам уже лучше. Я понимаю, вас шокировало наше внезапное появление, но это же ведь ТК-переброска в пространстве. Всего-навсего! Разве вас не обучали ей в начальной школе?

— Н-нет, — пристыженно пробормотал Гаррисон.

— Странно, — сказал с ноткой недоумения в голосе ди Захр. По всему было видно: он даже растерялся, уразумев, что разговаривает с существом, не обучавшимся ТК-переброске в начальной школе.

— Но хотите ли попробовать? — наконец сочувственно предложил он, протянув Джиблу свою посудину. Чудесный коктейль на основе германийорганических соединений.

— Нет, спасибо, — твердо отказался начавший приходить в себя Гаррисон. — Я уж лучше кофейку отведаю... Кстати, где вы его достали?

Синтезировали, — рассеянно ответил инопланетник, Гаррисон поперхнулся.

— Ч-что?

— Синтезировали. Нашли в вашем утилизаторе пакет с остатками концентрата, проанализировали элементно-кварковую структуру и сделали. Проще некуда.

"Значит, нашли в утилизаторе... скопировали... скормили мне, ха-ха, в качестве эксперимента..."

В ответ на эти мысли Гуамин ди Захр разразился целой речью, из коей следовало: поскольку предельно допустимое отклонение при синтезе равняется одной испорченной молекуле на тонну вещества, последнее тождественно прототипу. Однако, перестраховываясь на всякий случай, Гаррисон достал из аптечки горсть таблеток абсорбента и проглотил их, запив все тем же злосчастным кофе.

...Правда, мы не знали. продолжал увлекшийся инопланетник, — в чем растворять найденное в пакете вещество — в воде или серной кислоте, но, поразмыслив, я решил использовать первую.

"Слава тебе, Господи! А то ведь угостили бы кислотой!"

— И что, вы можете синтезировать любую вещь?

— Ну как вам сказать... — АБВ-сто пятый сосредоточенно посмотрел на стол, и на нем вдруг появились металлическая пирамидка, теннисный мяч, бутылка дорогого шотландского виски и серый потрепанный пиджак.

Джибл был потрясен. Ведь земные заводы с большим трудом производят грамм пластика из тонны пустой породы, а здесь...

— Этому тоже обучают в начальной школе?

— Разумеется. А как же иначе жить?

"Да вот так, как мы". На душе у Джибла стало отчего-то грустно.

— Мистер Гаррисон, вы опять закручинились. Не хотите ли еще кофе?

— Нет, спасибо. — Джибл поставил чашку на стол и задумался. В голове вновь зароились мрачные мысли: вот сидит он, пилот первого класса, в обществе неизвестно какого существа, которое угощает его кофе сомнительного происхождения, развлекает досужими разговорами и показывает разные фокусы, а ему, Джиблу, и невдомек, откуда и зачем оно появилось на корабле, везущем, кстати, груз стратегической важности. И хотя поведение существа пока остается дружелюбным, кто знает, какими мыслями напичканы его германийорганические мозги...

— А откуда вы прибыли?

— Да из нашего звездолета, — беззаботно махнул рукой ди Захр. — Взгляните в иллюминатор.

Гаррисон нетвердым шагом подошел к иллюминатору и, заглянув в него, застыл: почти вплотную с его кораблем плыло нечто исполинское, по сравнению с чем любой линкор флота Второй Звездной Империи показался бы игрушечным.

— Рудовоз только что прошел капитальный ремонт. Везем сто пять миллиардов тонн уранового концентрата, — сообщил инопланетник.

"Забавно: и они, оказывается, с ураном..."

— Но я отнюдь не в восторге от своей работы, — разоткровенничался ди Захр. — По сути, мне нечего делать на корабле — там сплошная автоматика с шестикратным дублированием. Случись какая неисправность — роботы устраняют ее буквально за секунды. Что остается делать? Правильно — бездельничать. А ведь я пилот шестой, высшей, категории. И вот представьте положение: сижу, буквально изнываю от тоски и вдруг — ваш корабль. Почему бы, думаю, не навестить братьев по разуму и коллег по профессии? Беру с собой Мапра, и вот мы здесь.

— И правильно сделали! — горячо воскликнул Гаррисон. — О, как понимаю вас! Я ведь тоже страшно скучаю на своей лоханке!..

Наверное, это покажется странным, но между двумя существами, родившимися под разными звездами, состоящими из разной органики и обладавшими разной логикой мышления, установилось полное взаимопонимание. Может быть, это произошло из-за гибкости ума инопланетника, сумевшего быстро приспособиться к собеседнику, а может быть, из-за чего-то другого, кто знает? Но так или иначе, им было удивительно тепло среди холодных глубин космоса.

Гуамин ди Захр большей частью рассказывал, а молчаливый Джибл охотно слушал, пытаясь из того немногого, что удавалось понять, получить представление о жизни на далекой планете Кар-лен.

— Когда уйду на пенсию, займусь декрамолированием. У меня есть маленькая ферма на окраине Большого Облачного Континента, с лягушкозавровым питомником, — задушевно говорил АБВ-сто пятый, изредка прикладываясь к своей заветной посудине. — Какая там замечательная природа! Я уже давно решил, что уеду на ферму и заживу жизнью сельского интеллигента. Мне осталось еще семь штеммелей до пенсии. А вам, коллега?

— Семь лет, — отвечал Гаррисон, нимало не смущаясь тем, что не понял и половины из поведанного ди Захром.

— Галактических?

— Нет, среднесолнечных.

— Понимаю, понимаю, — с серьезным видом кивал треугольной головой ди Захр. — Вы тоже поедете на свою планету?

— Да, на Марс. Найму робота. Компания сдаст в аренду землю, и буду трудиться. Построю...

Гаррисон не договорил: посередине каюты бесшумно возникло туманное облачко, с тихим треском лопнуло и превратилось в робота.

"Еще один", — подумал Джибл, но слова ди Захра тут же показали, что он ошибся.

— А, это ты, дружок. Извините, мистер Гаррисон, я посылал Мапра на корабль, чтобы кое о чем узнать. Что новенького? — спросил АБВ-сто пятый у робота.

— ДВВ сообщает, что через минуту в нашем секторе пройдет губительный метеоритный град. Правда, нам это не грозит, поскольку через пятьдесят секунд ожидается нуль-переход. Но подготовиться надо, так что вам пора прощаться.

— Да, да, действительно пора, — рассеянно согласился ди Захр. — Кстати, мистер Гаррисон, может, и вас заинтересует предупреждение ДВВ?

— Непременно, обязательно! Только поясните вкратце, кто такой — ДВВ? Насколько вы ему доверяете?

— Ах, извините! Это Дифференциатор Вероятностей Вселенной — вычислительная машина последнего поколения. Управляет кораблем, прогнозирует ситуацию, в том числе и метеоритную обстановку.

Ди Захр подошел к иллюминатору и жестом подозвал к себе Гаррисона.

— Посмотрите! — он ткнул пухлым зеленым пальцем в стекло. Джибл мельком взглянул и заметил, что махина величественно разворачивается, все бесстыднее открывая свою корму, вероятно, занимая выгодную позицию для нуль-перехода.

Но эта эпическая картина не произвела на него должного впечатления. Джибла куда больше волновало сообщение ДВВ, он вдруг отчетливо осознал, какая смертельная опасность нависла над его кораблем.

— Шеф, вам пора! — заискивающе напомнил робот.

— Спасибо, дружок, — задумчиво отозвался инопланетник. — Ступай на корабль. Я сейчас буду.

— Но Инструкция запрещает...

— Мапр, я приказываю! Иди на корабль и займись-ка делом!

— Слушаюсь! — Было ли это или только показалось, что в голосе робота прозвучала обида? Впрочем, какие пустяки лезут в голову! Ведь сейчас, вот-вот, обрушится метеоритный поток! Что предпринять, как избежать неминуемого? Побледневший Джибл обливался холодным потом, в отчаянии хватал ртом воздух..

— Ну что ж, всему приходит конец, надо прощаться, — ди Захр повернулся к нему, — Да что с вами, мистер Гаррисон? Вам плохо? Ах, понимаю, опять этот Мапр! Даже не догадался своей железной башкой уточнить: град через какую-такую минуту? Галактическую, дорогой коллега, успокойтесь — галактическую! Так что в запасе достаточно времени, где-то 500 лет среднесолнечных. Да и "наш сектор" — не ваш, он совсем не здесь. Тем не менее мне действительно пора: нуль-переход — штука тонкая, с капризами. Ну, будьте здоровы, рад был познакомиться, — ди Захр протянул Джиблу свою четырехпалую руку. — Кго знает, может, еще встретимся.

— Всякое бывает, — только и сумел выдавить из себя Джибл, но АБВ-сто пятый уже исчез.

Гаррисон прильнул к иллюминатору и увидел, как гигантский корабль вдруг засверкал всеми цветами радуги и стремительно скрылся в глубинах космоса.

В каюту ворвался, что-то возбужденно выкрикивая, сменщик, но Гаррисон не слушал его. Он почувствовал слезы на глазах. Конечно, Гаррисон читал фантастику: контакт с внеземными цивилизациями, математические формулы, теорема Пифагора... Однако он и этот зеленый пилот установили контакт без всяких формул: их сблизила тоска одиночества — чувство, знакомое всем существам, независимо от того, под какой звездой они родились. И еще. Недаром говорят — все познается в сравнении. Что отныне значат его жалкие месяцы дежурства, когда ди Захр вынужден проводить за такой же работой целые века!

Рис. Виктора ДОЛУДЫ