Рейтинг с комментариями. Часть 046

683 г. - Вторая фитна. История Халифата. 680 - 685 гг.

Марван I ибн аль-Хакам


кадр из фильма "Муавия, Хасан и Хусейн"

Марван родился в 623 или 626 году. Его отцом был аль-Хакам ибн Аби аль-Ас из клана Умайя (Омейяды), самого сильного клана курайшитов, доминировавшего в городе Мекка в Хиджазе. Курайшиты массово обратились в ислам примерно в 630 году после завоевания Мекки пророком Мухаммедом. Марван знал Мухаммеда и, таким образом, считается одним из сахабов (спутников). Матерью Марвана была Амина бинт Алкама из клана Кинана.
Во время правления халифа Усмана Марван принял участие в военной кампании против Ифрикии, где он приобрел значительные военные трофеи (утверждают, что просто присвоил чужое). Недолго он служил и наместником Усмана в Фарсе (юго-западный Иран), потом стал "катибом" (секретарем или писцом) халифа и, возможно, надзирателем казначейства Медины. Почти наверняка он поправил текст корана в нужную себе сторону.
Марван был «правой рукой халифа», многие бывшие сторонники Усмана среди курайшитов постепенно отказались от поддержки халифа в результате непомерного влияния на него Марвана. Но не исключено, что историки просто старались обелить халифа, переложив всю вину на Марвана (у арабов редко старший подчиняется младшему, а Марван был сильно моложе).
Недовольство политикой Усмана заставило мусульман Куфы и Египта выступить против халифа. В начале 656 года повстанцы вошли в Медину, чтобы заставить Усмана изменить свою политику. Марван рекомендовал ответить на их действия силой. Вместо этого Усман вступил в переговоры с египтянами (сил у него не было) и договорился об их уходе. При возвращении в Египет мятежники перехватили письмо от имени Усмана к губернатору Египта Ибн Аби Сарху, в котором содержалось указание принять меры против повстанцев. Возможно, письмо было написано Марваном без ведома халифа. Египтяне вернулись в Медину и вновь осадили Усмана в его доме в июне 656 года. Марван активно защищал дом Усмана и был тяжело ранен в шею. Он был спасен Фатимой бинт Авс и перевезен в безопасное место. Усман был убит повстанцами, что вызвало 1-ю фитну.
Марван встал на сторону Аиши. Он сражался вместе с силами Аиши в Битве при верблюде под Басрой в декабре 656 года против халифа Али. Якобы, он воспользовался битвой, чтобы убить одного из сторонников Аиши, Тальху ибн Убайдаллаха, которого он считал ответственным за подстрекательство к убийству Усмана. Вероятно, он просто ждал момента, чтобы убить Тальху. Возможно, стрела была отравлена. После победы Али Марван скрывался, договаривался, перешел на его сторону и принес клятву верности. Али помиловал его, но Марван вновь изменил клятве и отправился в Сирию, где его дальний родственник Муавия ибн Абу Суфьян, отказавшийся признать Али, был наместником. Марван участвовал вместе с Муавией в битве при Сиффине с армией Али в 657 году, которая закончилась тупиковой ситуацией и неудачными переговорами.
Али был убит хариджитом, членом секты, противостоявшей Али и Муавии, в январе 661 года. Его сын и преемник Хасан ибн Али отрекся от престола в мирном договоре с Муавией, который въехал в столицу Хасана и Али Куфу и был объявлен халифом, что ознаменовало утверждение Омейядского халифата. Марван стал губернатором Муавии в Бахрейне (восточная Аравия), а затем дважды был губернатором Медины в 661-668 и 674-677 годах. В промежутке между этими двумя губернаторствами этот пост занимали родственники Марвана Саид ибн аль-Ас и аль-Валид ибн Утба ибн Аби Суфьян. Медина утратила свой статус политического центра Халифата после убийства Усмана, а при Муавии столица переместилась в Дамаск. Однако Медина оставалась центром арабской культуры и исламской науки и домом традиционной исламской аристократии. Пост главы провинциальной Медины уже не устраивал Марвана.
Во время своего первого губернаторского срока Марван приобрел у Муавии большое поместье в оазисе Фадак на северо-западе Аравии, которое он затем передал своим сыновьям Абдуль-Малику и Абд аль-Азизу. Первое увольнение Марвана с поста губернатора заставило его отправиться ко двору Муавии для получения объяснений от халифа, который указал на три причины: отказ Марвана конфисковать для Муавии имущество их родственника Абдаллаха ибн Амира после увольнения последнего с поста губернатора Басры; критику Марваном того, что халиф приблизил к себе Зияда ибн Абихи, преемника Ибн Амира в Басре, который был противником семьи Омейядов; отказ Марвана в помощи дочери халифа Рамле в семейном споре с ее мужем Амром ибн Усманом ибн Аффаном. В 670 году Марван возглавил Омейядов в протесте против попытки захоронения Хасана ибн Али рядом с могилой Мухаммеда, вынудив брата Хасана Хусейна и его клан, бану Хашим, похоронить его в другом месте. После этого Марван участвовал в похоронах и восхвалял Хасана за терпение, которое «весило, как горы».
Муавия, возможно, с подозрением относился к амбициям Марвана и ветви Абу аль-Ас в клане Омейядов в целом, которая была значительно более многочисленной, чем ветвь Абу Суфьяна (Суфьянидов), к которой принадлежал Муавия. Марван был одним из старейших и самых авторитетных Омейядов в то время, когда было мало опытных суфьянидов зрелого возраста. Это, возможно, побудили Муавию к объявлению своим сводным братом Зияда ибн Абихи и к назначению себе наследника в лице сына Язида еще при собственной жизни. Действительно, Марван ранее предложил сыну Усмана Амру потребовать халифатство, но Амр не заинтересовался предложением. Марван неохотно признал кандидатуру Язида в 676 году, но тут же призвал другого сына Усмана, Саида, оспорить правопреемство. Амбиции Саида были нейтрализованы, когда халиф дал ему военное командование Хорасаном, самым восточным регионом Халифата.
После смерти Муавии в 680 году Хусейн ибн Али, Абдуллах ибн аз-Зубайр и Абдаллах ибн Умар, сыновья видных курайшитских соратников Мухаммеда, каждый со своими претензиями на власть, отказались от верности сыну Муавии Язиду. Марван, лидер клана Омейядов в Хиджазе, посоветовал аль-Валиду ибн Утбе, тогдашнему губернатору Медины, принудить Хусейна и Ибн аз-Зубайра, которых он считал особенно опасными для правления Омейядов, признать власть халифа. Хусейн отказался признать Язида в частной беседе, предложив публично заявить об этом. Аль-Валид согласился и не стал требовать немедленно, что вызвало возмущение Марвана, который присутствовал на встрече, и требование арестовать Хусейна, пока тот не принесет клятву Язиду, или казнить его, если откажется. Тогда Хусейн проклял Марвана и покинул встречу, в конце концов направившись к Куфе, чтобы возглавить восстание против Омейядов. Он был убит войсками Язида в битве при Кербеле в октябре 680 года.
Тем временем Ибн аз-Зубайр сбежал в Мекку, где сплотил оппозицию Язиду из своей штаб-квартиры в Каабе, святилище ислама, где насилие традиционно запрещалось. В 683 году жители Медины восстали против халифа и напали на местных Омейядов и их сторонников, побудив их укрыться в домах Марвана в пригороде города, где они были осаждены. В ответ на просьбу Марвана о помощи, Язид направил экспедиционные силы сирийских соплеменников во главе с мусульманином ибн Укбой, чтобы утвердить власть Омейядов в регионе. В последовавшей битве при Аль-Харре в августе 683 года Марван провел своих всадников через Медину и предпринял тыловую атаку против мединских защитников, сражавщихся с Ибн Укбой на восточной окраине города. Несмотря на победу над мединцами, армия Язида отступила в Сирию после смерти халифа в ноябре. После отъезда сирийцев Ибн аз-Зубайр объявил себя халифом и вскоре получил признание в большинстве провинций Халифата, включая Египет, Ирак и Йемен. Марван и Омейяды Хиджаза были изгнаны во второй раз силами Ибн аз-Зубайра, и их имущество было конфисковано.
К началу 684 года Марван находился в Сирии, либо в Пальмире, либо при дворе малолетнего сына и преемника Язида, Муавии II в Дамаске. Последний умер через несколько недель правления, не назначив преемника. Губернаторы сирийских джундов (военных округов), Палестина, Хомс и Киннасрин присягнули Ибн аз-Зубайру. В результате Марван был готов признать легитимность Ибн аз-Зубайра. Однако изгнанный губернатор Ирака Убайдаллах ибн Зияд призвал его стать преемником Муавии II во время совета верноподданных сирийских арабских племен, проходившего в Джабийе. Заявки на лидерство в мусульманской общине выявили конфликт между тремя развивающимися принципами преемственности. Общее признание Ибн аз-Зубайра было основано на исламском принципе передачи лидерства самым праведным и выдающимся мусульманам, в то время как сторонники Омейядов на совете в Джабийе обсуждали два других принципа: прямое наследование, основанное Муавией I, в этом случае халифом следовало объявить малолетнего Халида ибн Язида; арабская племенная традиция избрания самого мудрого и наиболее способного члена клана, воплощенная в данном в лице Марвана.
Организатор совета в Джабийе Ибн Бахдал, вождь могущественного племени бану калб и двоюродный брат Язида, поддержал кандидатуру Халида. Большинство других вождей выбрали Марвана, сославшись на его зрелый возраст, политическую проницательность и военный опыт, и на юность и неопытность Халида. Историк IX века аль-Якуби цитирует вождя одного из племен Равха, высказавшегося в поддержку Марвана: «Люди Сирии! Это Марван ибн аль-Хакам, глава курайшитов, который отомстил за кровь Усмана и сражался с Али ибн Абу Талибом». В конечном итоге был достигнут компромисс 22 июня 684 года, в соответствии с которым Марван обявлялся халифом, но наследовать ему должны были Халид, а затем Амр ибн Саид ибн аль-Ас. В обмен на поддержку Марвана сирийским племенам, которые вскоре после этого стали известны как фракция «ямани» ("йеменцы"), была обещана финансовая компенсация. Яманская племенная знать ("ашраф") требовала от Марвана тех же придворных и военных привилегий, которые они имели при предыдущих омейядских халифах. Их лидер Хусейн ибн Нумайр пытался заключить аналогичную договоренность с Ибн аз-Зубайром, который публично отверг эти условия. Напротив, Марван «осознал важность сирийских войск и искренне сочувствовал их требованиям». У Марвана не было опыта или контактов в Сирии; он был бы полностью зависим от знати ямани, которая избрала его»
В противовес клану калб про-зубайридские племена кайситов выступили против вступления Марвана на престол и сподвигли аль-Дахака ибн Кайса аль-Фихри, губернатора Дамаска, мобилизовать силы для войны; аль-Даххак и кайситы разбили лагерь на равнине Мардж-Рахит к северу от Дамаска. Большинство сирийских джундов поддержали Ибн аз-Зубайра, за исключением Иордании, доминирующим племенем которой была калб. При поддержке калбитов и союзных племен Марван выступил против большой армии аль-Даххака, в то время как в Дамаске знать изгнала сторонников аль-Даххака и передала город под власть Марвана. В августе силы Марвана разгромили кайситов и убили аль-Даххака в битве при Мардж-Рахит. Восстание Марвана подтвердило власть племенной конфедерации Кудаа, в состав которой входил калб, и после битвы калбиты образовали союз с конфедерацией кахтанитов, сформировав новое "супер-племя" ямани. Остатки кайситов сплотились вокруг Зуфара ибн аль-Хариса аль-Килаби, который захватил крепость Каркисия (Циркезиум) в Верхней Месопотамии, и возглавлял племенную оппозицию Омейядам.
Несмотря на победу и консолидацию власти Омейядов в центральной Сирии, власть Марвана не была признана в остальных бывших владениях Омейядов; с помощью Ибн Зияда и Ибн Бахдала Марван обязался восстановить правление Омейядов во всем Халифате. В Палестину он отправил Равха ибн Зинбы, который обратил в бегство войска своего соперника за лидерство в племени джудхам, про-зубайридского губернатора Натила ибн Кайса. Марван также укрепил власть Омейядов в северной Сирии. К февралю-марту 685 года он обеспечил свое правление в Египте благодаря помощи арабского племенного дворянства столицы провинции Фустата. Про-зубайридский губернатор провинции Абд ар-Рахман ибн Утба аль-Фихри был изгнан и заменен сыном Марвана Абд аль-Азизом. Впоследствии силы Марвана во главе с Амром ибн Саидом отразили экспедицию зубайридов против Палестины, начатую братом Ибн аз-Зубайра Мусабом. Марван также отправил экспедицию в Хиджаз во главе с Хубайшем ибн Дульджей. К началу 685 года он направил армию во главе с Ибн Зиядом, чтобы отвоевать Ирак у зубайридов и алидов.
После правления от шести до десяти месяцев, в зависимости от источника, Марван умер весной 685 года, в возрасте примерно 60 лет. Точная дата его смерти неясна из средневековых источников: 10-11 апреля, 13 апреля, 7 мая. Самые ранние мусульманские источники утверждают, что Марван умер в Дамаске, в то время как аль-Масуди считает, что он умер в своей зимней резиденции в Аль-Синнабре близ Тивериадского озера. В традиционных мусульманских источниках широко сообщается, что Марван был убит во сне Умм Хашим Фахитой в отместку за серьезное словесное оскорбление ее чести со стороны халифа, но большинство западных историков отвергают эту историю. Босворт подозревает, что Марван скончался от чумы, поразившей Сирию в то время.
По возвращении Марвана в Сирию из Египта в 685 году он назначил своих сыновей Абдуль-Малика и Абд аль-Азиза своими преемниками. Достигнув аль-Синнабра и узнав, что Ибн Бахдал признал Амр ибн Саида халифом в ожидании преемника Марвана, он вызвал Ибн Бахдала и в конечном счете потребовал, чтобы тот дал клятву верности Абдуль-Малику. Этим Марван отказался от договоренности, достигнутой на совете в Джабийе в 684 году, воссоздав принцип прямой наследственной преемственности. Абдуль-Малик вступил на престол без возражений со стороны ранее назначенных преемников, Халида ибн Язида и Амр ибн Саида. После этого наследственная преемственность стала стандартной практикой омейядских халифов.
Сделав свой род основой своей власти, Марван управлял халифатом по образцу халифа Усмана, который в значительной степени полагался на своих родственников, в отличие от Муавии I, который держал их на расстоянии. В частности, Марван дал своим сыновьям Мухаммеду и Абд аль-Азизу ключевые военные посты и обеспечил преемственность Абдуль-Малика в качестве халифа. Несмотря на бурное начало, марваниды были установлены как правящий дом Омейядского халифата на последующие 70 лет.
Марван был военным лидером и государственным деятелем, обладающим огромными навыками и решительностью, наделен такими качествами, как уравновешенность и проницательность, характеризовавшими других выдающихся членов клана Омейядов». Путь Марвана к престолу был «по-настоящему мастерской политической игрой», кульминацией интриг его ранней карьеры. Это включало поощрение Усманом расширения прав и привилегий Омейядов и утверждение в статусе «первого мстителя» за убийство Усмана.
Марван также был известен как грубый и внешне не располагающий к себе человек. Он получал постоянные травмы в сражениях, его высокий рост и изможденный внешний вид дал ему прозвище "хайт батиль" ("тонкая нить"). В более поздней антиомейядской мусульманской традиции Марван был высмеян как "Тарид ибн Тарид" ("незаконный сын") в связи с изгнанием его отца аль-Хакама пророком Мухаммедом и изгнанием самого Марвана из Медины Ибн аз-Зубайром. Его также называли Абу аль-Джабабира ("отец тиранов"), так как его сын и внуки позже унаследовали халифский титул.
Ряд сообщений свидетельствуют о благочестии Марвана. Якобы, Марван был среди главных почитателей Корана, сам Марван заявлял, что читал Коран более сорока лет до битвы при Мардж-Рахит. На основании того, что многие из его сыновей носили явно исламские имена (в отличие от традиционных арабских имен), наверно Марван действительно был глубоко религиозным человеком.
У Марвана было по меньшей мере шестнадцать детей, среди них не менее двенадцати сыновей от пяти жен и "ум-валад" (наложницы). От жены Аиши, дочери его двоюродного брата по отцовской линии Муавии ибн аль-Мугиры, у него родился старший сын Абдуль-Малик ибн Марван, еще один сын Муавия и дочь Умм Амр. Его жена Лейла бинт Заббан ибн аль-Асбах из племени калб родила ему Абд аль-Азиза и дочь Умм Усман, а другая жена, Кутайя бинт Бишр из клана килаб, родила ему Бишра и Абд ар-Рахмана, умершего в детстве. Одна из жен Марвана, Умм Абан, была дочерью его двоюродного брата по отцовской линии, халифа Усмана ибн Аффана. Она была матерью шести его сыновей, Абана, Османа, Убейдаллаха, Айюба, Дауда и Абдаллаха, последний из них умер в детстве. Марван также был женат на женщине из клана махзум, Зайнаб бинт Умар, у которой был сын от первого брака Умар. Наложницу Марвана также звали Зайнаб, и она родила ему сына Мухаммеда.
Абдуллах ибн аз-Зубайр

Абдуллах ибн аз-Зубайр происходил из племени бану Асад. Сын аз-Зубайра ибн аль-Аввама и Асмы бинт Абу Бакр, дочери первого халифа Абу Бакра. Абдуллах ибн аз-Зубайр был племянником Аиши, третьей жены Пророка Мухаммеда. Он родился через год и 8 месяцев после хиджры, в мае 624. Абдуллах ибн аз-Зубайр стал первым младенцем-мальчиком среди мухаджиров, родившимся в Медине. Точнее, по легенде так: Злобные евреи, вытесняемые из Медины, прокляли арабов своим страшным иудейским проклятьем - сообщили, что у переселившихся в Медину мусульман не будут рождаться сыновья. Долго (более года) у переселившихся рождались только девочки и уже стали говорить, что виноваты, проклятие сбывается (за полторы тысячи лет изменилось мало - "если в кране нет воды..."). И вот долгожданный мальчик. Пророк лично разжевал финик и засунул его в рот новорождённому. Он же дал ему имя.
Ну, далее пошли легенды, первое слово, что ребёнок произнёс, якобы, было «ас-сейф» - меч.
В 12 лет находился в расположении мусульманских войск в битве при Ярмуке. Участвовал в завоевании Египта и в битвах против берберов в Северной Африке.
Абдуллах ибн аз-Зубайр активно участвовал в политике во время правления Муавии, но после вознесения на престол Язида I он вместе с Хусейном ибн Али отказался присягнуть ему на верность. Он посоветовал Хусейну сделать Мекку центром борьбы против Язида. После смерти Хусейна открыто выступил против халифа, после чего жители Мекки и Медины, а затем всего Хиджаза присягнули ему на верность. Для подавления Абдуллаха в Хиджаз было выслано войско, которое в течение 684 года сражалось против него, пока не пришло известие о смерти халифа Язида. Армия халифа отступила в направлении Сирии, и власть в этом регионе перешла к Ибн аз-Зубайру. Его правление признал Йемен, Басра, Куфа, Хорасан и другие провинции Халифата. Омейяды контролировали лишь Сирию и часть Египта.
С приходом к власти Абдул-Малика ибн Мервана Омейяды начали постепенно возвращать утраченные позиции. В 692 году войска под командованием аль-Хаджжаджа окружили Мекку, которая была на протяжении всего правления Абдуллаха столицей Халифата, и подвергли большим разрушениям. Абдуллах ибн Зубайр бился до конца и геройски погиб в ноябре 692 года, сражаясь в мечети аль-Харам. Было ему 68 лет.
В мусульманскую традицию вошёл долгий разговор Абдуллаха со своей матерью (рядом сидела стенографистка?). Мать пережила его на несколько дней.
Абдуллах ибн Ханзала

Абдуллах ибн Ханзала ибн Абу Амир аль-Ансари родился в 625/26. Он был сыном Ханзалы ибн Абу Амира, сахаба Пророка Мухаммеда, который был убит в битве при Ухуде в 625. Абдуллах родился после смерти отца.
Когда Язид сменил своего отца Муавию и стал халифом, Абд ибн Ханзала возглавил движение его противников. Сам Абдуллах был в составе делегации из Медины, отправленной омейядским губернатором города, Усманом ибн Мухаммедом, для примирения с Язидом в столице - Дамаске. Несмотря на теплый прием, делегация покинула Дамаск с убеждением, что Язид был неправедный халиф. Абдаллах был самым активным в своей критике и был выбран ансарами в лидеры. Между тем, курайшиты Медины, который также выступили против Язида, выбрали Абдуллаха ибн Мути как лидера своего племени.
Вместе ансары и курайшиты изгнали Омейядов из Медины, что побудило Язида направить армию, чтобы привести город в подчинение. Армия, состоящая из арабских племен Сирии, заняла стратегические позиции на харре к востоку от Медины, где в августе 683 произошла битва. Ансары Медины были побеждены и Абдаллах был убит. Абдуллах (ему было 57 лет) дрался с «замечательной храбростью ... но в конце концов пал под ударами сирийцев». Его тело было впоследствии обезглавлено и его голова была отдана Ибн Укбе. Два воина, убившие Абдаллаха, были награждены Язидом.
Хусейн ибн Нумайр аль-Сакуни

Год рождения и происхождение неизвестны. Человек с таким именем считается ответственным за умиротворение Хадрамаута в 632 году, во время войн Ридды, но большинство историков отвергают его идентичность с полководцем Омейядов. Хусейн впервые надежно засвидетельствован в битве при Сиффине в 657 году, где он сражался за Омейядов. Он также упоминается как командир летних набегов на византийскую Малую Азию в 678 и 681/682 годах.
При Язиде I (ок. 680–683) он стал губернатором джунда Химс (военный округ Хомс ), и в этом качестве ушёл в поход на подавление восстания в Медине и Мекке в 683 году, под командованием Муслима ибн Укбы, После смерти командующего, он возглавил войско и осаждал к Ибн аль-Зубайра в Мекке в течение двух месяцев. Именно во время этой осады Кааба сгорела. Хусейн держал осаду в течение двух месяцев, пока не дошли известия о смерти Язида. Затем он предложил признать Ибн аль-Зубайра халифом при условии, что он приедет в Сирию. Но когда тот отказался, Хусейн повернул свою армию обратно.
Вернувшись в Сирию, он сыграл важную роль в обеспечении того, чтобы семья Омейядов выбрала халифом опытного, хотя и старого, Марвана ибн аль-Хакама, а не маленького сына Язида Халида. Главный полководец Омейядов Убайдаллах ибн Зияд затем отправил его в Джазиру, где 6 января 685 года он победил шиитов в битве при Айн аль-Варде. Хусейн также участвовал в попытке завоевания Ирака при Убайдаллахе ибн Зияде и, как и он, пал в битве при Хазире 5 или 6 августа 686 года.
Его сын, Язид ибн Хусейн, также воевал за Омейядов во время Второй фитны и служил правителю Умару II (ок. 717–720), в то время как его внук Муавия служил Язиду III (743–744), но затем перешел к Марвану II (744–750) во время Третьей гражданской войны.
Нафи ибн аль-Азрак

Абу Рашид Нафи ибн аль-Азрак аль-Ханафи — вождь крайней хариджитской секты азракитов из окрестностей города Ахваз (совр. Иран), которая объявила все другие течения «неверующими» (кафир) и действовавала в 80-е годы VII века.
В начале своей религиозной деятельности Нафи ибн аль-Азрак примкнул к другим хариджитам и, когда Абдуллах ибн аз-Зубайр поднял восстание в Мекке, решил присоединиться к нему вместе со своими единомышленниками. Но Абдуллах ибн аз-Зубайр противоречил им во взглядах и они покинули Мекку в 684 году и разделились на две группы. Группа во главе с Нафи ибн аль-Азраком, Абдуллахом ибн ас-Саффаром ас-Саади, Абдуллахом ибн Ибадом и Ханзалой ибн Байхасом направилась в Басру, а группа Абу Талута, Абу Фудайка и Атии аль-Асвада аль-Йашкури отправилась в Йамаму. Басрийская группа не удержалась в городе переселилась далее на восток — в город Ахваз.
Последователи Нафи ибн аль-Азрака захватили Ахваз и другие соседние города. Но в месяце джумада аль-уля 65 года по хиджре (685 год) Нафи был убит в боях с басрийским войском во главе с Муслимом ибн Убайсом. После его смерти азракитов возглавил Катари ибн аль-Фаджаа.
Муавия II ибн Язид

Абу Лайла Муавия II ибн Язид — омейядский халиф, находившийся у власти около половины года. Последний представитель суфьянидской ветви Омейядов.
Родился 28 марта 661 года, был сыном Язида I и неизвестной женщины из племени калб (её часто путают с Умм Хашим Фахита бинт Аби Хашим, матерью сводного брата Муавии Халида ибн Язида). Перед своей смертью Язид объявил Муавию своим наследником. Муавия сменил своего отца на престоле в Дамаске в 683 году, в возрасте между 21 года. Муавию поддержало племя калб, но его авторитет, вероятно, был признан только в Дамаске и южной Сирии, в то время как Абдуллах ибн аз-Зубайр объявил себя халифом в Хиджазе. Муавия не проявлял интереса к политике и заявлял, что стал халифом лишь по ошибке в силу наследственного принципа передачи власти.
Правление Муавии длилось от 20 дней до 4 месяцев, но, вероятно, не более 2 месяцев. Вполне возможно, что вся его "болезненность", нежелание власти и даже отречение - полная фальсификация истории придворными сочинителями взявшего власть Марвана, поднаторевшего на интригах. Есть странности:
Муавия II отрекся от престола в июне 684 года, всего за месяц до своей смерти. Однако отречение может быть лишь плодом пропаганды сторонников Марвана I, для легитизации его халифатства;
якобы он осуждал тиранию и несправедливость своих предшественников по отношению к Алидам (с чего бы - против отца и деда?);
имел кунью Абу Лейла («Отец Лейлы»), но у него не было детей! Не означает ли это, что были? И что их тихо ликвидировали как конкурентов на власть?;
Бесспорным представляется то, что Муавия II продолжил политику своего отца. Он страдал от плохого здоровья и поэтому вынужден был оставаться во дворце Омейядов (ал-Хасра) в Дамаске. Его советник аль-Даххак ибн Кайс аль-Фихри занимался государственными делами.
Причины смерти Муавии неясны, в качестве причин были названы желтуха и чума. Поскольку у него не было детей, он либо отказался, либо ему не дали возможности назначить преемника. С его смертью кампании против Ибн аз-Зубайра полностью прекратились. Власть Омейядов временно рухнула, но Марван I взял на себя функции халифа.
Аль-Мухтар ас-Сакафи, кайсаниты

Аль-Мухтар ибн Абу Убайд ас-Сакафи - основоположник шиитской секты кайсанитов.
Аль-Мухтар ас-Сакафи родился в 622 году в ат-Таифе. В период правления халифа Али аль-Мухтар жил в Ираке, а после его убийства перебрался в Басру. После убийства Хусейна ибн Али он был арестован наместником Убайдуллахом ибн Зиядом, а после освобождения примкнул к Ибн аз-Зубайру. Аль-Мухтар попросил Ибн аз-Зубайра послать его в Ирак, на что тот ответил согласием. В период правления Абдуллаха ибн аз-Зубайра (684-692) он приехал в Куфу и начал вести активную пропаганду в пользу Мухаммада ибн аль-Ханафии. Якобы, сам Мухаммад ибн аль-Ханафия ничего не знал об этой пропаганде в свой адрес и позже публично отрекся от аль-Мухтара.
В Куфе Аль-Мухтара арестовали, но его зятю Абдуллаху ибн Умару удалось добиться от властей города его освобождения. Условием освобождения аль-Мухтара было взятое с него обязательство не наводить смуту в городе, которое он сразу же и нарушил. Вокруг него собирались его сторонники, которые постепенно усилились и, в конце концов, выступили против наместника провинции Абдуллаха ибн Мути. Абдуллах ибн Мути послал против них войска во главе с Шибсом ибн Риби, но они потерпели поражение. Аль-Мухтар же захватил власть Куфе, а Абдуллах ибн Мути бежал в Басру. После этого восставшие успешно воевали с Омейядами, но потерпели поражение от войск Ибн аз-Зубайра.
Аль-Мухтар ас-Сакафи был убит в 4 апреля 687 года в сражении при Мазаре (в Куфе).
После смерти Ибн аль-Ханафии в 700 году кайсанитами стали называть тех, кто считал, что он был самым близким к Али и восприемником его завещания. Учение кайсанитов отличалось от учения «крайних» сект (гулат) тем, что ни не обожествляли Али ибн Абу Талиба и его потомков, а видели в них «святых» и «непогрешимых» людей. Для кайсанитов имамы были равны пророкам и выражали Божественное присутствие в мире. Они верили во второе пришествие имама, которым, по их мнению, был Мухаммад ибн аль-Ханафия. Одна группа касанитов считала, что Ибн аль-Ханафия умер, но воскреснет и вернется в мир, а другая - что он не умер и живёт на некоей горе Ридва. Кайсаниты признавали, что Божественное повеление имамам может измениться на противоположное (бада) и верили в переселения душ после смерти (танасух)
Мятеж Абдаллаха ибн аз-Зубайра

После отъезда Хусейна из Мекки самым влиятельным человеком в ней стал Абдаллах б. аз-Зубайр. В отличие от Хусейна, опиравшегося на сравнительно немногочисленный род Абу Талиба, Ибн аз-Зубайр пользовался поддержкой всего клана асад и близких ему кланов зухра и джумах. К тому же мекканская аристократия видела в нем противовес господству Медины и Дамаска. Не присягая Язиду, он долго не проявлял и открытой враждебности. Хаджж 60 г. х., которым руководил Амр б. Саид, он провел независимо от него, и наместник не предпринял никаких попыток заставить его присягнуть. На фоне открытого выступления Хусейна поведение Абдаллаха представлялось менее опасным. Первое его резкое выступление, запомнившееся современникам, прозвучало после получения в Мекке известия о гибели Хусейна. В нем досталось и изменникам-куфийцам, и его убийцам. Куфийцев он просто проклял и его речь стала легендарной. Вероятно, чувства его были искренними, его и других курайшитов должно было потрясти убиение такого числа знатных соплеменников. Подробности - как отрезанную голову любимого внука Пророка едва ли не футболили, а тело не похоронили, были ужасны. Но вместе с тем смерть Хусейна избавляла его от авторитетного соперника в борьбе за власть и расширяла круг возможных приверженцев в этой борьбе. Именно с этого момента он стал активно вербовать сторонников, тайно присягавших ему на верность. На этом этапе он не заявлял прямо своих прав на халифат, а призывал к созыву совета для избрания халифа.
Сведения о развитии событий в первой половине 61/конце 680 - начале 681 г. хронологически неопределенны. Язид, узнав о враждебных действиях Ибн аз-Зубайра, будто бы поклялся сгоряча, что его приведут к нему с цепью на шее, а потом стал искать способа отказаться от этого замысла и обойти выполнение клятвы. С этой целью он прислал Ибн аз-Зубайру серебряную цепочку и шелковую одежду, под которой можно было бы спрятать цепочку от посторонних глаз, чтобы чисто условно с цепью на шее присягнуть халифу. Легенда, не иначе. Но в связи с этой полулегендарной цепочкой упоминаются два посольства. В первое входили ан-Нуман б. Башир, Хаммам б. Кабиса и несколько человек, присоединившихся к ним в Медине. Во время переговоров ан-Нуман согласился, что Ибн аз-Зубайр имеет больше прав на халифат, но борьба за эти права обернётся морем крови, поэтому надо присягать Язиду.
Второе посольство было многочисленнее и состояло из вождей сирийских племен, исключение составлял ад-Даххак б. Кайс ал-Фихри - единственный курайшит среди 12 поименно названных членов посольства. Такой состав позволяет думать, что посольство должно было продемонстрировать упрямцу решимость сирийцев идти до конца в борьбе с ним. Не случайно, что один из посланцев, Абдаллах б. Идах ал-Ашари, прямо сказал, что в случае необходимости святость Каабы не поможет Ибн аз-Зубайру.
Убедившись в бесплодности переговоров с Ибн аз-Зубайром, Язид приказал Амру б. Саиду использовать вооруженную силу. Командовать походом на Мекку вызвался Амр б. аз-Зубайр, брат Абдаллаха, который давно враждовал со своим единокровным братом, оспаривая у него лидерство в родном клане бану асад.
Идея похода на Мекку не вызвала у мединцев энтузиазма. Многие воины на жалованье (джунд) предпочли выставить для участия в нем наёмных заместителей. Амру удалось собрать 400 воинов джунда, некоторое число добровольцев и привлечь к участию в нем мавлей Омейядов. Всего набралось около 2000 человек. Марван б. ал-Хакам пытался отговорить Амра от похода, который нарушит неприкосновенность священной территории Мекки, но тот был непреклонен и сказал, что достанет Абдаллаха даже из Каабы.
Весть о подготовке похода и движении отряда Амра вызвала в ответ приток в Мекку сторонников Абдаллаха б. аз-Зубайра из соседних районов, Таифа и даже Медины, откуда прибыл ал-Мисвар б. Махрама. К приходу авангарда Амра из 700 человек под командованием Унайса б. Амра ал-Аслами зубайровцы были готовы к отпору. Абдаллах б. Сафван напал на него и разгромил: Унайс был убит, а его воины по большей части разбежались. Ту же судьбу разделил остальной отряд. Участвовавший в разгроме Амра Убайд б. аз-Зубайр поспешил на помощь брату, взял его за руку, подвел к Абдаллаху б. аз-Зубайру и сказал, что гарантировал ему защиту. Абдаллах заявил, что не может быть никакой защиты человеку, к которому у людей есть законные претензии, и арестовал Амра. Пострадавшие от него в Медине сторонники Абдаллаха стали требовать возмещения за незаконные наказания в виде того же количества ударов плетью или оплеух, которые они получили от него. И его начали бить плетью - столько, сколько говорили им наказанные. От многочисленных бичеваний спина его не успевала заживать, загноилась, и он умер от этого, а после смерти был распят.
Провал экспедиции против Ибн аз-Зубайра был использован ал-Валидом б. Утбой и его сторонниками для устранения Амра б. Саида. Они сообщили халифу, что Амр не проявил желания расправиться с Абдаллахом б. аз-Зубайром. Халиф поверил этому, сместил Амра и восстановил ал-Валида. Он вступил на пост наместника 22 августа 681 г. и сразу же повел паломников в хаджж. На этот раз паломничество совершалось тремя группами: общей, во главе с ал-Валидом, группой сторонников Ибн аз-Зубайра и повстанцами из Йамамы под предводительством Наджды б. Амира ал-Ханафи.
Пребывание в Мекке ал-Валид использовал для новых переговоров с Ибн аз-Зубайром, по поводу чего тот отправил письмо халифу: «Если бы ты прислал к нам человека с ровным характером, не рубящего сплеча, то, надеюсь, сгладилось бы то, что стало неровным в делах, и соединилось бы то, что разъединилось».
Возвратившись в Медину, потерпевший неудачу в переговорах ал-Валид арестовал 300 мавали и рабов Амра б. Саида на том основании, что они были куплены на деньги, предназначавшиеся для жалованья, и поэтому являлись государственной собственностью. Амру не удалось отстоять свои права на них; он выехал из Медины, а из Вади-л-Кура послал человека для организации их побега. Ночью они выломали дверь, сели в условленном месте на заранее приготовленных верблюдов и присоединились к своему хозяину и покровителю. В Дамаске Амр сумел доказать халифу, что предпринял все, что было в его силах, для противодействия Ибн аз-Зубайру, вплоть до установления контроля за въездом в Мекку, и получил прощение.
Ал-Валид недолго продержался на посту наместника. Причиной его смещения называют упомянутое письмо Ибн аз-Зубайра. Его место занял двоюродный брат Язида Усман б. Мухаммед, человек молодой и неопытный. Некоторые полагают, что таким образом Язид пошел навстречу Ибн аз-Зубайру.
Усман б. Мухаммед оказался в еще более трудном положении, чем его предшественники. Влияние Ибн аз-Зубайра в Хиджазе выросло, на его сторону стала переходить мусульманская аристократия. Так, Абдаррахман б. Зайд, племянник Умара б. ал-Хаттаба, посланный халифом наместником Мекки, перешел на сторону Ибн аз-Зубайра. Посланный на тот же пост Абдаллах б. Муин ал-Махзуми вряд ли контролировал обстановку, Ибн аз-Зубайр смог подчинить себе Таиф, после того как там было подавлено сопротивление полусотни мавлей Омейядов, составлявших гарнизон этого города. Тем не менее Усман б. Мухаммед мог беспрепятственно провести хаджж 18-22 августа 682 г.
Вскоре после этого Язид пригласил к себе в Дамаск Мухаммеда б. ал-Ханафию, который после гибели Хусейна возглавил род Абу Талиба. Его позиция в тех условиях могла стать решающей для исхода борьбы с Ибн аз-Зубайром. Халиф принял его с почетом, выразил сожаление о трагической гибели Хусейна и заверил, что это произошло не по его вине. Мухаммед не стал опровергать и согласился возобновить присягу Язиду. В знак признательности Язид одарил его 300 000 дирхемов для раздачи родственникам.
Таким же путем решил он привлечь сердца недовольных мединцев. Спустя месяц после возвращения из хаджжа Усман б. Мухаммед по его указанию отправил в Дамаск делегацию мединцев, в которую из влиятельных людей вошли: ал-Мунзир б. аз-Зубайр, Абдаллах б. Абу Амр ал-Махзуми и Абдаллах, сын Ханзалы ал-Гасили («Обмытого ангелами»), приехавший с восемью сыновьями. После почетного приема все были щедро одарены: Абдаллах б. Ханзала получил 100 000 дирхемов, каждый из его сыновей - по 10 000, остальные - по 50 000, кроме денег все получили дорогие одежды и другие ценные подарки. Вместе с делегацией уехал в Медину и Мухаммед б. ал-Ханафийа.

Битва на харре

Результат посещения мединцами халифа оказался прямо противоположным ожидавшемуся! Вместо того чтобы преисполниться благодарностью, возвратившиеся (кроме ал-Мунзира, который из Дамаска сразу уехал в Куфу к своему приятелю Абдаллаху б. Зийаду) стали с возмущением рассказывать о нечестивом поведении халифа, о его пьяных пирушках с музыкантами и певицами, о его забавах с охотничьими собаками и обезьянами. Правда, кое-кто из мединцев ехидно спрашивал, зачем же они принимали подарки от такого человека, на что Абдаллах б. Ханзала прямодушно ответил: «Чтобы укрепиться для борьбы с ним».
Эта пропаганда, конечно, не могла побудить мединцев к восстанию, как полагают некоторые исследователи, но увеличивала ряды недовольных Язидом. Он попытался погасить недовольство, послав в Медину ансара ан-Нумана б. Башира. Его призывы к единению были приняты холодно, и ансары упрекнули его за измену общему делу.
Весной 683 г. недовольство переросло в открытый конфликт. Причина была самой что ни на есть земной - земельные владения халифа, савафи. Их привилегированное положение в отношении водоснабжения и дерзкое поведение мавали халифа, обрабатывавших эти земли, и раньше вызывали конфликты, теперь они разыгрались на фоне всеобщего недовольства и ослабления власти.
Столкновения начались из-за прохода рабочих через земли бану балхарис. В течение месяца их то пропускали, то не пропускали на земли савафи. Последней каплей стало проведение через земли бану балхарис арыка для подвода дождевой воды с харры* на савафи. Возмущенные этим владельцы участков заявили Ибн Мине, управляющему савафи в Медине, что это - новшество, которое наносит им ущерб, и прогнали его. Ибн Мина пожаловался Усману б. Мухаммеду, тот вроде бы договорился с хозяевами, но на следующий день они снова не пустили Ибн Мину через свои владения. Тогда Усман придал ему вооруженный отряд, приказав пройти «хотя бы даже по их животам». Но на помощь балхарис пришли другие ансары и курайшиты. Стражники не решились напасть, и Ибн Мина вынужден был вернуться.
*Харра - лавовое поле. В данном случае речь идет о харре к востоку от Медины
Дальнейшее не совсем ясно. Несомненно одно - Усману пришлось покинуть Медину. Произошло это будто бы после его выступления в мечети, где он обрушился с бранью на мединцев, но, видимо, его не изгнали тут же разъяренные мединцы, а он сам тайно покинул город ночью, опасаясь последствий.
После его бегства мединцы публично в мечети низложили халифа: Абдаллах б. Абу Амр вышел вперед и перед всеми скинул наземь чалму со словами: «Я скидываю Язида, как скидываю эту чалму!» За ним последовали другие, швыряя с подобной формулой кто чалму, кто сандалию. Свергнув таким наглядным способом Язида, мединцы не стали присягать и Ибн аз-Зубайру, считая, что халиф должен быть избран советом. Пока же присягнули как амиру Абдаллаху б. Ханзале.
Перепуганные Омайяды всем составом, с чадами и домочадцами, чуть ли не тысяча человек, перебрались в обширное подворье Марвана б. ал-Хакама, обрекая себя на самоизоляцию. Появляться на улицах они не решались - в них летели камни и комья земли. Марван сообщил о бедственном положении сородичей Язиду, посланцу было наказано поторопиться и добраться до Дамаска за 12 дней и столько же затратить на обратный путь.
Прочитав письмо Марвана, Язид возмутился, что такое число мужчин даже не попыталось оказать сопротивление, тем не менее распорядился собирать войско для подавления мятежа. Командовать им было предложено Амру б. Саиду ал-Ашдаку. Амр отказался, не желая сражаться с курайшитами. Были, вероятно, и другие кандидаты, отказавшиеся идти войной на город Пророка, так что поход пришлось возглавить старому и больному Муслиму б. Укбе. Для привлечения добровольцев было объявлено, что каждый получит сразу на руки годовое жалованье и «пособие» (мана) в 100 динаров. Набралось около 5000 человек.
Язид приказал Муслиму б. Укбе дать мединцам три дня на размышление, а затем атаковать, захватить город и отдать войску на три дня для разграбления (священный город!).
Узнав о подготовке сирийцев к походу, мединцы изгнали из города Омейядов, заставив их поклясться перед минбаром Пророка, что не присоединятся к сирийской армии и не будут помогать ей советами. Затем мединцы стали готовиться к обороне. Во главе ансаров встал Абдаллах б. Ханзала, во главе курайшитов - Абдаллах б. Мути, мухаджиров-некурайшитов возглавил Макил б. Синан ал-Ашджаи, а мавлей - некий Ибн Хурайра. Периметр города, точнее - северная полуокружность, был поделен в соответствии с этим на четыре сектора обороны. Был подновлен ров, выкопанный при Мухаммеде, проходы между домами были заложены. На все это ушло 15 дней.
Тем временем сирийское войско достигло Вади-л-Кура, где обосновались изгнанные Омейяды. Муслим предложил присоединиться к войску и послужить проводниками, но все оказались верны присяге, и только Марван и его сын Абдалмалик согласились оказать содействие. В начале 20-х чисел августа 683 г. сирийское войско подошло к Медине и сначала расположилось в Джурфе. Муслим дал мединцам три дня на размышление, провел разведку и убедился, что город хорошо подготовлен к обороне. По истечении трех дней мединцы ответили, что намерены сражаться. Попытки сирийцев ворваться в город с севера через ров оказались безуспешными, тогда Муслим по совету Марвана перевел войско на расположенную к востоку от города харру Ваким, а Марван повел переговоры с людьми из бану ал-харис (балхарис) о предоставлении прохода через их владения.
27 августа 683 г. на границе харры и города началось сражение. Мединцы успешно противостояли атакам сирийцев и сами контратаковали их кавалерией, стараясь пробиться к Муслиму, который руководил боем, сидя в кресле или даже лежа. Сирийцы несли ощутимые потери.
В это время Марван с сотней всадников незаметно перешел через владения бану ал-харис, с которыми предварительно заключил соглашение, и ворвался в город. Заслышав звуки боя в городе, мединцы стали покидать поле боя и устремляться на защиту домов и семей. Сирийцы на их плечах ворвались в город с востока через квартал бану абдалашхал. Началось избиение разрозненных групп и отдельных мединцев, пытавшихся с оружием в руках защитить свои дома. Подавляя сопротивление, сирийцы врывались в дома, грабили их, случалось, насиловали арабок, а уж рабынь и подавно. При этом погроме нередко слышалось презрительное: «У-у, евреи», как напоминание об иудаистском прошлом многих мединцев.
Потери мединцев были огромными. По наиболее достоверным сведениям Халифы б. Хаййата, погибло 306 курайшитов и ансаров, из которых он поименно перечисляет соответственно 97 и 173 человека. Из последних больше всего погибло бану аннаджжар (71 человек), живших в центре города около мечети. Вероятно, большинство из них погибло в самом городе, когда битва превратилась в избиение. Другие говорят о 3500 и даже 10 000 убитых кроме курайшитов и ансаров, число которых у них значительно преувеличено по сравнению с Халифой; причем чем позднее источник, тем больше число погибших курайшитов и ансаров, доходя до 2300 и 2700, первая из этих цифр скорее всего и соответствует общему числу погибших. Преувеличения коснулись и описания бесчинств сирийцев в течение трех дней погрома. В частности, это касается надругательств над женщинами. Ал-Балазури говорит только о насилиях над рабынями, ал-Йакуби упоминает девственниц, родивших после этого неизвестно от кого, у Йакута уже появляется конкретная цифра: 800 женщин, родивших от изнасилования, у ас-Самхуди их становится 1000. Но сам факт, без сомнения, имел место. Священный город Пророка мусульмане изнасиловали с неменьшим рвением, чем любой город неверных.
На четвертый день после захвата Медины Муслим созвал мединцев в мечети Куба и потребовал присягать Язиду с условием предания в его распоряжение жизней и имущества. Формально это означало признание рабской зависимости от халифа. Несколько человек гордо отказались присягать на таких условиях и были казнены; среди них был Макил б. Синан, сподвижник пророка, участник завоевания Мекки и битвы при Хунайне.
После двухнедельного пребывания в Медине Муслим в середине мухаррама - 12-13 сентября 683 г. повел свое войско на Мекку. В Медине был оставлен Раух б. Зинба. В пути, за Абва, болезнь Муслима обострилась, и в ал-Мушаллале или Кудайде он передал командование ал-Хусейну б. Нумайру и умер. Мстительная память мединцев сочинила впоследствии рассказ о том, что труп его был выкопан и распят и ал-Хусейну пришлось вернуться, чтобы похоронить его вторично. 25 сентября ал-Хусейн б. Нумайр подошел к Мекке и расположил свое войско по северо-западному краю вади Мекка. Абдаллах б. аз-Зубайр, к которому за это время присоединились остатки войска, разгромленного под Мединой, и хариджиты Йамамы, устроил свой лагерь в ал-Масджид ал-Харам. Начавшуюся кампанию средневековые историки обычно называют осадой Мекки, хотя она не была окружена и военные действия не касались самого города. Среди противников Омейядов, присоединившихся к Абдаллаху б. аз-Зубайру, был и ал-Мухтар, которого Убайдаллах б. Зийад освободил из заключения по ходатайству Абдаллаха б. Умара б. ал-Хаттаба, приходившегося ему шурином.
На границах Халифата

Бурные политические события в Хиджазе мало затронули остальной Халифат. В Ираке порядок поддерживался твердой рукой Убайдаллаха б. Зийада, Сирия была верным доменом Омейядов, в Иране и Египте малочисленность арабских гарнизонов в море иноверцев заставляла мусульман сохранять внутреннее единство, необходимое для самосохранения и ведения пограничных войн.
В 61/680-81 г. Язид сместил наместника Хорасана Абдаррахмана б. Зийада, которого современники характеризовали как человека щедрого, но корыстного и слабого (в смысле - не совершившего ни одного похода за два года). Язид предложил оставить его, если он сдаст ему накопленные за время наместничества деньги. Абдаррахман предпочел расстаться с постом и присвоить 20 млн. дирхемов. Заодно был смещен и его брат - наместник Сиджистана Ийад б. Зийад. Наместником Хорасана и Сиджистана стал тоже их брат - Салм б. Зийад. Он прибыл в Басру с предписанием Убайдаллаху от халифа предоставить ему возможность отобрать лучших воинов для Хорасана. В предвидении богатой добычи басрийцы охотно записывались в поход. Из знатных басрийцев к Салму присоединились Абдаллах б. Хазим, ал-Мухаллаб б. Абу Суфра и Талха б. Абдаллах.
Многочисленные сыновья Зийада не были едины. Убайдаллах, узнав о назначении Салма, предупредил своего ставленника Ийада о предстоящем смещении, и тот роздал все наличные деньги своим воинам и вооруженным рабам (мамалик), чтобы они не достались брату.
Салм назначил своим представителем в Сиджистане Язида б. Зийада, а сам обосновался в Мерве и стал непосредственно управлять Хорасаном. Сразу же начались активные военные действия. Ранней весной 681 г. ал-Мухаллаб с четырьмя или шестью тысячами воинов напал на какой-то городок на юге Хорезма, в котором будто бы собирались хорасанские царьки для переговоров о совместных действиях, и получил по договору дань в 400 000 дирхемов.
После этого Салм переправился через Амударью и совершил поход на Самарканд. Рассказы об этом и следующем походе путанны и полулегендарны. По сведениям ал-Балазури, Салм дошел до Самарканда и получил с его царя выкуп в 1000 выкупов за кровь (дийа), т. е. 1-1,2 млн. дирхемов. Оттуда он выслал отряд в сторону Ходжента, но отряд этот потерпел поражение. Арабам точно запомнилось только то, что жена Салма родила в походе сына, которого назвали Сугд, взяла у жены царя Согда поносить драгоценный венец и «забыла» его возвратить.
На следующий год Салм повторил поход за Амударью. Под Бухарой он встретил серьезное сопротивление: правительница Бухары хатун обратилась за помощью к согдийцам и тюркам. На её призыв с большим войском прибыл некий Бандун (или Бидун) ас-Сугди, в котором можно видеть тудуна Согда, т. е. уполномоченного тюркского хакана по сбору дани. Сражение с тюркско-согдийским войском, в котором отличился командир арабского авангарда ал-Мухаллаб и был убит тудун, произошло северо-восточнее Бухары на канале Харкан-руд. Арабское войско тоже понесло тяжелые потери, и Салм не пошел на этот раз в глубь Мавераннахра.
В Сиджистане дела мусульман шли хуже. Во время первого же похода против восставших жителей Кабулистана Абу Убайда б. Зийад был разгромлен и среди других попал в плен к победителям. Язид б. Зийад поспешил ему на выручку и погиб в неудачном для арабов сражении. Новому наместнику, прибывшему в 63/682-83 г., Талхе б. Абдаллаху (известному также по прозвищу Талха ат-Талахат), удалось лишь выкупить Абу Убайду и других пленных за полмиллиона дирхемов. В сентябре-октябре 683 г. Талха умер, а затем началась междоусобица.
В Синде арабы совершили в 61/680-81 г. очередные набеги на ал-Кикан, ал-Букан, Кандабил и Кусдар и вернулись с добычей без каких-либо территориальных приобретений.
В 681 г. возникла угроза стабильности азербайджанской границы: был убит царь Албании (Аррана) Джуаншер, и хазары вторглись в Закавказье, чтобы отомстить за смерть зятя хакана. Правда, конфликт был быстро разрешен: хазары узнали, что преемник убитого, его племянник Вараз-Трдат, не убийца-узурпатор, а законно избранный знатью царь, не пошли дальше Утика и вернулись назад. Более того, при Вараз-Трдате установились более тесные отношения между Албанией и Хазарией, после того как миссия епископа Исраэла обратила в христианство хазарского правителя Варачана (Баланджара). Вараз-Трдата признал и Язид, видимо, на тех же условиях, что и его предшественника.
На сиро-византийской границе военная инициатива по-прежнему принадлежала арабам. В 681 г. они, воспользовавшись тем, что император со всей армией ушел к низовьям Дуная, чтобы отразить вторжение болгар, и потерпел там сокрушительное поражение, совершили набег до Икония (Кунйа). На следующий год одному отряду удалось дойти только до Кайсарии, а второй отряд, под командованием ал-Хусейна б. Нумайра, совершил «сирийский» поход; судя по названию, он был направлен против мардаитов-джараджима, восставших в горах севернее Антиохии. О том, что происходило в Малой Азии в 683 г., сведений нет.
Наиболее дерзкое военное предприятие этих лет совершил в Северной Африке Укба б. Нафи, которого Язид восстановил на посту наместника Ифрикии. Прибыв в ал-Кайраван, он сразу же арестовал Абу-л-Мухаджира Динара в отместку за то, что был арестован им при предыдущей смене власти в Ифрикии. В 681 г. Укба оставил в ал-Кайраване небольшой гарнизон для охраны семей, командовать которым поручил Зухайру б. Кайсу, а сам со всем войском направился на запад, где сохранялись остатки бывших византийских владений. Первое столкновение произошло около городка Багайа. Городское ополчение дало бой в поле, потерпело поражение и укрылось в городе. Укба осадил город, осада затянулась, и Укба отступился от него. После одного или двух сражений он подошел к Тахарту, где его встретило объединенное войско тахартцев и призванных ими на помощь берберов. После тяжелого сражения оно было разгромлено, и арабам открылся путь далее на запад. Можно думать, что слух об этой победе отбил у берберов охоту сталкиваться с арабами, потому что о 750-километровом пути от Тахарта до Танжера (Танджа) не осталось никаких воспоминаний. Правитель Танжера Юлиан вышел с войском навстречу Укбе, но боя не принял, а предпочел заключить мирный договор.
Отсюда Укба повернул на юг к главному городу края Валиле (Валубилису), разгромил встретивших его берберов, захватил город и, преследуя отступающих берберов, дошел до верховьев реки Дра, за которой начинались пески Сахары. После столкновения с санхаджами Укба повернул на северо-запад и совершил полукруг в районе между реками Сус и Тансифт от современного Марракеша до Атлантического океана. Точно воспроизвести его маршрут трудно из-за значительного изменения топонимики. Возможно, в некоторых случаях ему удавалось склонить берберов к формальному принятию ислама, поскольку упоминается сооружение мечетей в вади Дра и Наффисе.
Многочисленные, хотя и победоносные бои за два года должны были значительно сократить войско Укбы, не получавшее подкреплений. В 683 г. отягощенное добычей арабское войско повернуло назад. Три четверти пути были пройдены без осложнений. В восьми днях пути от ал-Кайравана, около Тибны, Укба отослал вперед часть войска с захваченной добычей, а сам остался с 5000 воинов. Добыча, по-видимому, дошла до ал-Кайравана, но Укбе не довелось ею попользоваться. Ослабевший победитель стал жертвой побежденных. Жители Тахуды, в которой Укба намеревался запастись продовольствием, убедившись в его слабости, отказались иметь с ним дело и заперли ворота. На пути от Тахуды на Укбу напал вождь местных берберов Касила сын Камрама, принявший ислам при Абу-л-Мухаджире, который решил теперь посчитаться с Укбой за нанесенную ему прежде обиду. Силы были неравными. Укба и Абу-л-Мухаджир погибли вместе с большей частью войска. Остатки его прорвались через Кафсу к ал-Кайравану. Одержав победу над Укбой, Касила подошел к ал-Кайравану. Как все города-лагери, он не имел оборонительных стен и не мог обороняться против превосходящего противника. Зухайр б. Кайс почел за благо покинуть его и увезти от опасности семьи погибших и добычу в Триполитанию.

Вторая фитна

25 сентября 683 г. сирийское войско подошло к Мекке и заняло ее южную, «нижнюю» часть. Абдаллах б. аз-Зубайр, говоривший, что он всего лишь один из голубей Каабы, ищущий у нее защиты, расположил свой лагерь во дворе ал-Масджид ал-Харам, стены которой были не только символической, но и реальной защитой от нападения. Сирийцы полмесяца не предпринимали активных действий, не желая нарушать святость её территории и возбуждать враждебность жителей, еще не присоединившихся к Ибн аз-Зубайру.
Первое столкновение произошло 11 октября за пределами мечети. В нем погибли три сирийца и четыре зубайровца. После этого стычки и поединки, в которых с обеих сторон погибло несколько именитых людей, стали происходить постоянно, не меняя положение в чью-либо сторону. Убедившись в непреклонности Ибн аз-Зубайра, ал-Хусейн б. Нумайр пошел на небывалый шаг – установил на горе Абу Кубайс, возвышающейся с юга над мечетью, катапульту и стал метать в неё камни.
История с этой катапультой и обстрелом Каабы сильно затемнена желанием историков максимально очернить тех, кто осмелился так надругаться над святостью мечети; и как в случае с погромом Медины, чем дальше, тем мрачнее оказывается картина. Ранние историки, до ат-Табари включительно, упоминают одну катапульту, а уже у ал-Масуди появляются камнеметные машины разного типа (ал-маджаник ва ал-аррадат), которые не только мечут камни, но и забрасывают мечеть зажигательными снарядами и горящей паклей*. Неясен и урон, нанесенный мечети и людям в ней. Сообщается, что камнем из катапульты был расколот Черный камень и ранен в щеку ал-Мисвар б. Махрама, умерший затем в день получения известия о смерти Язида. Однако Черный камень мог пострадать и от пожара, случившегося несколько дней спустя, а об ал-Махраме упоминается также, что он был убит в бою. По всей вероятности, катапульта действовала недолго и погибла от удара молнии вместе со всеми обслуживавшими ее людьми.
*Ал-Йакуби, говоря о метании зажигательных средств, добавляет, что Ибн аз-Зубайр не давал тушить пожар Кааы, чтобы больше настроить мекканцев против осаждающих. Виновником пожара называют то воина Ибн аз-Зубайра, несшего горящую головню на острие копья, то сирийца, поджигавшего ворота бану джумах мечети, обвиняют и крысу, притащившую тлеющий фитиль
Каба серьезно пострадала несколькими днями позже. Осень была холодная, люди в мечети грелись у костров, и 31 октября 683 г. от случайной искры загорелись легкие постройки, в которых использовалось много сухих пальмовых листьев, сильный ветер раздул пламя и перебросил его на покров Каабы, а от него занялись деревянные прослойки стен, отчего часть их разрушилась. Называли разных виновников пожара, не связывая его с обстрелом зажигательными снарядами. Это печальное для ислама событие не повлияло на ситуацию вокруг мечети: безрезультатное противостояние продолжалось еще почти месяц.
Судьба Халифата решалась в это время в другом месте. 10 ноября 683 г. в Хувварине пьяный Язид во время охоты упал с лошади и разбился. Умирая, он успел назначить преемником своего старшего сына Муавию. Этот выбор был сделан Язидом примерно год назад, когда он после сильного печеночного приступа, опасаясь за будущее, призвал своего двоюродного брата, вождя калбитов Хассана б. Малика б. Бахдала, и принял от него и ближайшего окружения присягу Муавии как наследнику.
Его выбор был неудачным. Муавия II ни духом, ни телом не был пригоден для руководства государством. Болезненность направляла его мысли в сторону смерти, современники характеризовали его как «благочестивого юношу, много думающего о потустороннем». Не желая осквернять себя делами бренного мира, он поручил их Хассану б. Малику и оставил в провинциях прежних наместников. Хассан б. Малик был авторитетен в Палестине и Сирии, но ничего не значил за их пределами. Халифат оказался обезглавленным, и это сразу дало себя знать.
Весть о смерти Язида пришла в Мекку через 16 дней, 27 ноября; Абдаллах б. аз-Зубайр сразу перестал быть мятежником, поскольку новому халифу он присяги не приносил. Не присягнул ему и ал-Хусейн б. Нумайр. Он вступил в переговоры с Ибн аз-Зубайром и даже предложил присягнуть ему, если он поедет с ним в Сирию и там объявит себя халифом. Ибн аз-Зубайр отказался покинуть надежную Мекку и сменить её на Сирию, где был бы чужаком. Кроме того, ал-Хусейн б. Нумайр, участник избиения мединцев, был неприемлем для него как союзник.
Ал-Хусейна ничто больше не задерживало в Мекке, и надо было спешить в Сирию, где при живом халифе шла подпольная борьба за раздел власти. По дороге он на несколько дней остановился в Медине, жители которой в новых обстоятельствах не скрывали своей враждебности к сирийцам. Лояльность проявил только Али б. Хусейн, снабдивший сирийцев фуражом. Впрочем, это могло быть сделано ради того, чтобы избавить мединцев от конфискаций. Вместе с сирийской армией Медину покинули Омейяды, справедливо полагавшие, что враждебность мединцев не сулит им ничего хорошего.
Не приняли нового халифа или заняли выжидательную позицию и другие провинции. Египтяне, враждебно относившиеся к наместнику, назначенному Язидом, явно склонялись к Ибн аз-Зубайру и вступили в переписку с ним, Ирак, со времен Али недолюбливавший власть сирийцев, был готов не признать нового халифа. Во всяком случае, не сохранилось никаких сведений о проведении в нем присяги Муавии II. Убайдаллах б. Зийад, находившийся по зимнему времени в Басре, вместо того чтобы организовать присягу, созвал басрийцев и после речи, в которой обрисовал им, какого расцвета достигла Басра и как благоденствуют они сами в его правление, предложил затем присягнуть ему как амиру, до того как в Дамаске разберутся со властью. Басрийцы присягнули ему в этом, хотя потом многие, выходя из мечети, отирали руки о двери и стены, чтобы стереть с руки принесенную рукобитием присягу.
Обнадеженный поддержкой басрийцев, Убайдаллах послал делегацию к куфийцам, предлагая им принести такую же присягу. А куфийцы ответили отказом. Известие об этом вдохновило противников Убайдаллаха в Басре, начавших пропаганду в пользу Ибн аз-Зубайра. Убайдаллах прибег к испытанному средству поддержания авторитета: приказал досрочно выплатить жалованье воинам и пособие семьям. Писцы трудились над списками, не разгибая спины, даже ночью при светильниках. Но это не принесло примирения. Тамимиты, среди которых было много хариджитов, потребовали от Убайдаллаха выпустить их собратьев, заключенных в темницу. Убайдаллах отговаривал их: «Они погубят вас», но вынужден был уступить их настояниям и это усугубило положение. К тому же в это время, по-видимому, из Мекки вернулись хариджиты, сражавшиеся вместе с Ибн аз-Зубайром, во главе с Нафи б. ал-Азраком. Они рассорились с Ибн аз-Зубайром, после того как он заявил, что одобрял и одобряет правление Усмана б. Аффана. Их появление еще больше осложнило положение.
Убайдаллах оказался в изоляции: обширное семейство Зийада отказалось поддержать его, остались в стороне и его подопечные бухарские стрелки.
Убайдаллах решил использовать межплеменное соперничество. Долгое время в Басре господствовали тамимиты, но с конца правления Муавии б. Абу Суфяна в Басру усилился приток аздитов из Бахрейна и Омана, которые вступили в соперничество с тамимитами. Поскольку главные противники Убайдаллаха были среди тамимитов, естественно было искать поддержки у аздитов.
Вождь аздитов, Масуд б. Амр, отнюдь не был склонен разжигать вражду ради Убайдаллаха. Некогда всемогущему наместнику пришлось искать посредничества малоизвестного аздита, чтобы он ночью тайно сопроводил его в квартал аздитов. Масуд был поставлен перед свершившимся фактом – отказать в покровительстве человеку на территории своего племени было нельзя без ущерба для чести. Убайдаллах прибыл с братом Абдаллахом и остатками казны в несколько миллионов 25 января 684 г.
Басра осталась без правителя. Начались раздоры между мударитами и кайситами, аздитами и кайситами, и все это обострялось действиями необузданных хариджитов. Глава тамимитов ал-Ахнаф б. Кайс блокировал резиденцию, казнохранилище и канцелярии (диваны), чтобы их никто не узурпировал.
В дополнение к политической неопределенности и начавшимся междоусобицам наступила необычайно холодная зима. На севере Сирии и Месопотамии выпал снег, ударили такие морозы, что Евфрат в течение шести дней был покрыт льдом. Погибло много маслин и виноградников, пало много скота, были и человеческие жертвы. После такой зимы неизменно приходили неурожай и голод, а за голодом следовала и чума.
В середине февраля безвластие в Халифате достигло апогея. После трех месяцев добровольного заточения Муавия б. Язид объявил общий сбор на моление и заявил, что отрекается от власти. «Я думал о том, что выпало мне из вашего дела и вашей власти, которой я облечен, и нашел, что не могу справиться с тем, что между мной и моим господом в отношении управления людьми, когда есть среди них люди лучше меня, и имеющие больше права на это, и сильнее меня в том, чем я облечен. Выбирайте одно из двух: или я предложу вам человека, которого сочту подходящим для вас и способного на это, и Аллах наставит его в делах веры и мира сего, или выбирайте сами и освободите меня от этого».
Однако не произошло ни того, ни другого. Преемника себе он не назначил, хотя мать настаивала, чтобы он предложил своего брата и её сына Халида; он вскоре скоропостижно скончался, похоже, пав жертвой начинавшейся эпидемии чумы. С его смертью исчезла последняя видимость власти. Некий поэт сказал в связи с его смертью:
Вижу, как закипает котел смуты и власть после Абу Лайлы получит, кто ее захватит
Растерянные придворные предложили возглавлять молитву до выбора преемника племяннику Муавии б. Абу Суфйана (по отцовской линии) и Абдаллаха б. аз-Зубайра (по материнской линии) Усману б. Анбасу, но он отказался, заявив, что уезжает к своему дяде Абдаллаху. Надо полагать, он понимал свою незначительность в сложной системе первородства.
Наиболее естественный преемник Муавии, Халид б. Язид, вообще не рвался к высшей власти, будучи человеком совершенно иного склада; его интересовали нетрадиционные для мусульман науки: позже он стал известен занятиями химией* и переводами с греческого, но его толкал в политику его двоюродный дядя Хасан б. Малик.
*Некоторые исследователи считают сведения о его занятиях химией легендой
Кроме того, реальной политической силой в Сирии после бегства Омейядов из Медины стали представители родов, параллельных роду Абу Суфйана, прежде всего род ал-Хакама, возглавляемый Марваном б. ал-Хакамом.
На фоне бурных событий в Хиджазе и Ираке смерть Муавии II прошла настолько незаметно, что ни даты смерти, ни длительности правления никто толком не запомнил; оно определяется в пределах от 40 дней до трех месяцев.
Средневековые историки излагают ход событий после смерти Язида таким образом, что создается впечатление, будто между ней и объявлением Абдаллаха б. аз-Зубайра халифом почти нет разрыва. Время призрачного правления Муавии II совершенно исчезает.
Абдаллах б. аз-Зубайр объявил себя халифом 29 февраля или 2 марта 684 г. Это означает, что при всей враждебности к Язиду он не считал себя вправе претендовать на сан халифа. Учитывая уже известную нам скорость передачи информации, можно утверждать, что Муавия II скончался примерно 10 февраля.
Ибн аз-Зубайр принимал присягу с обязательством следовать Книге и обычаю Пророка и праведных халифов (первых трех, о его отношении к Али трудно что-то сказать). Решение самому провозгласить себя халифом неприятно поразило тех его сторонников, которые сражались вместе с ним за проповедовавшуюся им идею избрания халифа советом. «Неужели ты не мог подождать, когда мы выберем тебя и присягнем тебе», – упрекал его один из его сторонников. Хариджиты тоже сочли себя обманутыми и ушли кто в Йамаму, кто в Басру. Число их на фоне всеобщего признания Ибн аз-Зубайра было невелико, но они стали мощным катализатором антиомейядского движения в Аравии, Ираке и Иране.
Отказались присягнуть Ибн аз-Зубайру и два почтеннейших представителя мусульманской аристократии: Мухаммед б. ал-Ханафийа и Абдаллах б. Умар, считавший себя как сына халифа более достойным претендентом на этот сан, чем сын аз-Зубайра. Их позиция никак не могла повредить Ибн аз-Зубайру, поскольку за ними не стояли никакие политические силы.
Единственной реальной политической силой, которая могла противостоять претензиям Ибн аз-Зубайра, были Омейяды, но после смерти Муавии б. Язида у них не было общепризнанного главы и к тому же распалось единство сирийских арабов, которое так тщательно оберегал Муавия б. Абу Суфьян. Все противоречия вдруг вышли наружу, определяя отношение к Ибн аз-Зубайру и его противникам.
Хауран, район между Дамаском и рекой Йармук, был населен гассанитами, значительная часть которых давно перешла к оседлости. Муавия пользовался их большим по сравнению с другими арабами административным опытом, и одним из его секретарей наряду с небезызвестным Сарджуном был гассанит Убайд б. Аус. В военном отношении они не имели особого значения.
Главной силой в Сирии после завоевания и исламизации служило большое объединение племен бану кудаа. Господствующую роль в нем играло племя калб, название которого иногда переносили на все объединение.
Зоной их обитания издавна был пустынный треугольник с вершинами у Айн ат-Тамра, Тадмура и вади Сирхан. С мусульманскими завоеваниями её границы расширились в сторону культурных земель Дамаска и Иордана за счет территории гассанитов. Оставаясь в подавляющем большинстве кочевниками, калбиты свысока смотрели на полукочевников, заселявших окраины культурных земель, тем более что как кочевники они обладали большим воинским потенциалом. Их особое положение в Сирии определялось еще и тем, что Муавия б. Абу Суфйан был женат на дочери их вождя Бахдала и Язид был наполовину калбитом, двоюродным братом тогдашнего главы калбитов Хассана б. Малика.
Территорию к югу от вади Сирхан до Хаулана занимало менее значительное кудаитское племя бану каин, или балкайн, которое в эти годы возглавлял Хубайш б. Дулджа, принимавший участие в походе на Медину и Мекку. Еще южнее, от Мертвого моря по направлению к Табуку, обитало кудаитское же племя джузам, постепенно просачивавшееся на территорию Палестины.
Давними обитателями Северной Сирии были таййиты, оторвавшиеся от основного ядра племени в Неджде. Они в значительной части перемешались с местным арамейским населением и перешли к оседлой жизни. Еще до мусульманского завоевания один из пригородов Халеба был населен таййитами. Некоторые племена Северной Сирии еще сохраняли христианское вероисповедание: танух (к югу от Халеба) и таглиб (в районе Хабура).
В процессе завоевательных походов на территории Сирии появились другие арабские племена. Район Химса заняло южноаравийское племя кинда. Не имея здесь значительной племенной территории, киндиты в большей степени, чем другие, зависели от жалований и соответственно от халифов.
Совершенно новым элементом в Сирии после завоеваний стали североарабские племена, объединяемые общим названием кайс (амир, сулайм, бахила, гани и др.). Они заняли земли, оставленные прежними обитателями при завоевании, но их недоставало, и из-за этого часто возникали конфликты с кудаитами. К концу правления Муавии эти разнородные племена образовали в противовес калбитам объединение кайс айлан, или просто кайс. Эта группировка была наиболее могущественной в племенном союзе мудар, вследствие чего наименование кайс нередко прилагалось как синоним ко всем мударитам.
Основное ядро кайситов поселилось в районе Киннасрина, но отдельные племена и части племен были рассеяны по всей территории Сирии. Это порождало частые конфликты со старыми обитателями из-за пастбищ и водопоев и вело к созданию различных союзов и объединений, в которых реальная генеалогия либо игнорировалась, либо переоформлялась в угоду злобе дня.
Эта пестрая масса до поры до времени сохраняла единство, пока имелся сильный правитель. С исчезновением его начались разброд и межплеменная борьба. Сведения об этом плохо датированы, и проследить последовательность событий можно только в самых общих чертах.
Дамаск оставался в руках Омейядов, точнее – в руках ад-Даххака б. Кайса, которому дамаскинцы присягнули как амиру, «пока не объединится дело общины Мухаммеда». Он колебался, не зная, на чью сторону встать. Хассан б. Малик решительно поддерживал кандидатуру Халида б. Муавии как халифа. Сами Омейяды не имели единого мнения о том, кто должен их возглавить.
В обширном клане потомков Умаййи, делившемся по числу его сыновей на пять ветвей: Абу-л-Аса (Усман б. Аффан и Марван б. ал-Хакам), Харба (Муавия), ал-Аса (Амр б. Саид ал-Ашдак), Абу-л-Иса и Абу Амра, – только представители первых трех родов по своему значению могли претендовать на верховенство: Марван б. ал-Хакам, ал-Валид б. Утба б. Абу Суфйан и Амр б. Саид ал-Ашдак. Прямой наследник Язида был еще слишком молод, чтобы иметь вес в глазах сородичей.
Старшим в роду Абу Суфйана в этот момент был ал-Валид б. Утба, но о его претензиях на главенство хотя бы в своему роду ничего не известно. Ал-Масуди объясняет это тем, что ал-Валид, читая молитву над телом Муавии б. Язида, после второго такбира вдруг пал замертво от чумы (туина), но точно известно, что несколько месяцев спустя он еще был жив. Судя по ситуации, связанной с последним упоминанием, он поддерживал своего племянника Халида.
Ал-Ашдак, как показали дальнейшие события, не прочь был бы стать во главе государства, но не пользовался достаточным влиянием, чтобы действовать самостоятельно.
Оставался Марван б. ал-Хакам, но и этот опытный и честолюбивый человек утратил уверенность в себе. Положение к началу лета 684 г. обстояло следующим образом. В Египте уже действовал наместник Ибн аз-Зубайра Абдаррахман б. Утба б. Джахдам ал-Фихри, прибывший в шабане/24 марта – 21 апреля 684 г. в сопровождении хариджитов, помогавших Ибн аз-Зубайру оборонять Мекку. Их поведение вызывало глухое недовольство арабской верхушки Египта, которая и рада бы была признать иного правителя, но не имела для этого сил и решимости.
В Палестине вождь джузамитов Натил б. Кайс, воспользовавшись ослаблением позиций Хассана б. Малика, вытеснил его наместника Рауха б. Зинба из Палестины и присягнул Ибн аз-Зубайру. Таким образом джузамиты оказались расколотыми надвое.
В Киннасрине, центре кайситского расселения в Сирии, Зуфар б. ал-Харис ал-Килаби (командовавший киннасринцами еше при Сиффине) изгнал Саида б. Малика б. Бахдала, наместника Язида, которого Язид поставил явно в противовес Зуфару. Зуфар, много лет возглавлявший киннасринцев, затаил обиду и теперь при первой возможности восстановил свое положение. Ибн аз-Зубайр, узнав об этом, прислал ему грамоту наместника Киннасрина. В это же время присягнул Ибн аз-Зубайру и наместник Химса ан-Нуман б. Башир.
Ирак продолжал сохранять независимость от Ибн аз-Зубайра больше двух месяцев после того, как он провозгласил себя халифом. Сведения о событиях в Куфе после отказа ее жителей подчиняться Убайдаллаху б. Зийаду очень скудны. Известно только, что избранный ими амиром Амир б. Масуд ал-Джумахи продержался на этом посту три месяца после смерти Язида (вероятнее – после получения известия о ней) – до второй половины февраля 684 г. По времени это совпадает со смертью Муавии б. Язида, но она ли повлияла на смену власти, сказать невозможно. Вероятно, Амир б. Масуд был смещен Ибн аз-Зубайром и на его место 13 мая прибыл сподвижник Пророка семидесятилетний Абдаллах б. Язид ал-Ансари.
Абдаллах б. Язид был куфийцем, и пребывание его до этого в Мекке не зафиксировано. Возможно, что он оказался в Мекке с группой куфийцев, совершавших малый хаджж в рамадане, и тогда получил от Ибн аз-Зубайра назначение.
Спустя неделю, 20 мая 684 г. в Куфе появился ал-Мухтар. Пять месяцев он ждал от Ибн аз-Зубайра вознаграждения за помощь при защите Мекки – какого-нибудь выгодного назначения, но Ибн аз-Зубайр, оказавшись хозяином положения, не нуждался в слишком требовательных помощниках (к тому же ал-Мухтар мог быть просто не из приятных людей, и поощрять его не хотелось). Когда в рамадане в Мекку прибыла группа паломников из Куфы, рассказавших об анархии, царящей в ней, и о готовности шиитов выступить для отмщения за убийство Хусейна, если бы нашелся вождь, ал-Мухтар понял, что настал его час, и покинул Мекку и обманувшего его надежды Ибн аз-Зубайра.
Большие перемены произошли в эти дни и в Басре. Когда Убайдаллах б. Зийад укрылся у аздитов, басрийцы избрали своим амиром Абдаллаха б. ал-Хариса по прозвищу Бабба («малыш»), курайшита из рода Науфала. Этот человек маленького росточка ничем не отличился и был не в состоянии восстановить единство басрийцев. Постоянные мелкие стычки между различными племенами и группировками заставили басрийцев возродить межплеменные союзы, существовавшие до ислама. Убайдаллах подтолкнул Масуда заключить союз с бакр б. ваил (главным племенем группы рабиа), чтобы добиться перевеса над господствующей в Басре группой мудар, возглавляемой тамимитами, и истратил на убеждение бакритов около двухсот тысяч дирхемов.
Главой нового объединения, к которому подключились и киндиты, стал Масуд. Почувствовав силу, Масуд в конце рамадана предложил Убайдаллаху захватить резиденцию и вернуться к власти. Осторожный Убайдаллах предоставил выполнение этого плана Масуду. В начале шаввала (22–23 мая) Масуд с аздитами вышел на захват мечети и резиденции, а глава рабиитов Малик б. Мисма напал на кварталы тамимитов в Мирбаде. Масуд успешно пробился к центральной площади и захватил мечеть. Глава тамимитов, ал-Ахнаф б. Кайс, не отреагировал на это. Отбивать мечеть бросился Салма б. Зуайб ар-Рийахи с пятьюстами молодых тамимитов и четырьмя сотнями персов-асавира во главе с Бих Афридуном. Они ворвались в мечеть и убили Масуда во время проповеди или принятия присяги у своих сторонников. Видимо, среди ворвавшихся в мечеть было немало хариджитов, так как в некоторых сообщениях убийство Масуда приписывается именно им.
Ал-Ахнаф б. Кайс вмешался в события, когда узнал, что люди Малика б. Мисма начали жечь дома тамимитов. Кровавую схватку удалось прекратить обещанием ал-Ахнафа уплатить аздитам десятикратную пеню за смерть Масуда. Избранный басрийцами наместник сидел все это время дома: «Он предавался благочестию и говорил: не буду я губить себя ради улажения дел людей». Благочестие не помешало ему украсть из казны 40 000 дирхемов.
Участие Убайдаллаха б. Зийада в этой междоусобице не упоминается. По одним сведениям, он во время выступления Масуда подготовился к отъезду и уехал после его гибели, по другим – Масуд дал для его охраны 100 аздитов, т. е. Убайдаллах уехал до его гибели.
Басрийцы поняли, что без назначения со стороны не найдут человека, который навел бы порядок в городе, и обратились к Ибн аз-Зубайру. Тот прислал грамоту руководить молитвой Малику б. Анасу. Получить ее басрийцы могли только в конце шаввала/15–20 июня.
В Хорасане Абдаллах б. Хазим, оставленный Салмом б. Зийадом своим заместителем (после ал-Мухаллаба), преодолел сопротивление бакритов и йеменцев, утвердился в Мерве; затем его полномочия были подтверждены Ибн аз-Зубайром.



огрызок Омейядского халифата, то, чем он стал и начал возрождаться
К концу мая – началу июня 684 г. вне зоны влияния Ибн аз-Зубайра оставалась небольшая территория от Дамаска до Мертвого моря, да и здесь не было единства. Реальную силу представлял только Хассан б. Малик, поддерживавший Халида б. Язида; ад-Даххак, державший в своих руках Дамаск и его округ, склонялся к признанию Ибн аз-Зубайра, и только присутствие в Дамаске Омейядов еще сдерживало его, хотя никто из них в этот момент не представлял никакой легитимной власти. Лишь поддержка Хассана б. Малика заставляла как-то считаться с ними.
Казалось, дело решённое - конец Омейядам и династии Муавии в частности, но история в очередной раз взбрыкнула, как норовистая верблюдица.
Когда стало ясно, что ад-Даххак готов признать Ибн аз-Зубайра, Хассан б. Малик отправил ему послание, в котором порицал Ибн аз-Зубайра и доказывал исключительное право Омейядов на власть, предложив огласить его в мечети во время пятничной молитвы. Одновременно копия его была послана Омейядам, и еще одна осталась у посланца, чтобы он огласил её, если ад-Даххак умолчит о послании. Ад-Даххак так и сделал - умолчал; тогда гонец Хассана встал и зачитал свой экземпляр. Присутствовавший на молении ал-Валид б. Утба закричал: «Верно!» – и стал бранить Ибн аз-Зубайра. Искра, которых миллионы в разных местах. И вот из этой искры произошло то, что произошло... Валида поддержали 1 (один) гассанит и 1 (один) калбит. Тут же нашлись защитники Ибн аз-Зубайра, и в мечети завязалась драка. [Как пишет компилируемый мной уважаемый Большаков, "с помощью сандалий" (как пояса с бляхами при тусовке погранцов и десантников). Разрешите не поверить - перед входом в мечеть обувь снимают. Причём снимали обувь и до мусульманства, просто окрестности храмов в тех краях, как правило, были сильно унавожены, а в мечети на полу принято было стелить ковры. Было бы странно, если бы в главной мечети столицы было иначе]. Ад-Даххак приказал стражникам схватить ал-Валида и двоих поддержавших его. Драку прекратил Халид б. Язид, обратившийся к присутствовавшим с убедительной речью не переходить границы дозволенного в мечети.
Но конфликт не кончился на этом. Калбиты и гассаниты пошли к тюрьме и отбили своих товарищей вместе с ал-Валидом. Эта схватка получила название «первый день Джайруна», по названию места около ворот мечети, где произошла драка. Некоторое время спустя ад-Даххак позволил себе в мечети осудить Язида б. Муавию, как можно думать, за побоище в Медине. Тут же нашлись и сторонники, и противники. Какой-то молодой калбит палкой ударил ад-Даххака. За него вступились. На этот раз в ход пошли мечи, пролилась кровь. Вероятно, верх в этой схватке одержали калбиты, потому что ад-Даххак укрылся в резиденции и утром не вышел в мечеть провести моление, а позвал к себе Омейядов и, извинившись перед ними, заверил, что не замышлял против них ничего дурного. Он тут же предложил написать Хассану б. Малику и встретиться в Джабии, чтобы выбрать из Омейядов халифа и присягнуть ему.
Сторонники ад-Даххака возмутились: еще вчера он доказывал, что нужно присягать Ибн аз-Зубайру, а теперь перекинулся на другую сторону, – и потребовали от него открыто заявить о признании Ибн аз-Зубайра и выступить против Омейядов. Ад-Даххак вышел с войском из Дамаска и стал лагерем в Мардж Рахит.
Омейяды чувствовали свой конец, даже беспринципный Марван б. ал-Хакам заколебался, не присягнуть ли Ибн аз-Зубайру, чтобы покончить со смутой, которая готова погубить вообще всех. И в этот критический момент в Сирии появился Убайдаллах б. Зийад, бежавший из Ирака. Его прибытие можно датировать достаточно точно: покинув Басру 1 шаввала, он мог оказаться около Дамаска 20 шаввала/10 июня 684 г. Произошло это, кажется, до выступления ад-Даххака в Мардж Рахит, поскольку в одной из версий Убайдаллах оказывается инициатором его ухода из Дамаска. По другой версии, Убайдаллах даже перехватил Марвана в Азриате, когда тот вместе с Амром б. Саидом направлялся в Мекку присягать Ибн аз-Зубайру. В любом случае именно появление Убайдаллаха б. Зийада переломило настроение Марвана.
После встречи Марван и Амр поехали в Тадмур поднимать калбитов, и те будто бы присягнули Марвану как амиру. Убайдаллах же прибыл в Дамаск и убедил ад-Даххака самому заявить права на халифат. Это возмутило многих его сторонников, тогда он снова признал Ибн аз-Зубайра и по совету Убайдаллаха ушел из Дамаска.
Версии последовательности действий разняться, но несомненно только то, что в июне все противники Ибн аз-Зубайра собрались в Джабии, чтобы прийти к единому мнению относительно кандидатуры будущего халифа, которого можно было бы противопоставить Ибн аз-Зубайру. Источники дают нам две даты: 22 июня 684 г. и 4 июля. Весьма вероятно, что они не противоречат друг другу: первая может относиться к началу встречи, вторая – к ее завершению. Сведения о том, что встреча продолжалась 40 дней, не стоит принимать всерьез, так как это – круглое число, означающее «много», в данном случае – «долго».
Обсуждались три кандидата: Халид б. Язид, Марван б. ал-Хакам и Абдаллах б. Умар б. ал-Хаттаб, но иногда, видимо, возникало и имя Ибн аз-Зубайра. Раух б. Зинба сказал, что Ибн Умар полон достоинств, но человек слабый, а такой не может руководить общиной Мухаммеда. За Марвана выступал ал-Хусейн б. Нумайр, подчеркивая его возраст и опытность, защиту Усмана во время осады и борьбу вместе с Али ради отмщения за кровь невинно убиенного халифа. Малик б. Хубайра ас-Сакуни, соплеменник Ибн Нумайра, пугал его тем, что многочисленные родичи Марвана припомнят ему наказания, которые он назначал им, будучи начальником шурты, и что они благодаря своей многочисленности всех обратят в рабов.
Вероятно, в эти дни Марван сделал умелый ход - взял в жены мать Халида б. Язида, опустив его таким способом в родственном отношении на ступень ниже. Родство по женской линии играло важнейшую роль у арабов и сильно отличалось от родства по отцовской линии. Тут отступала даже близость к Пророку. Именно этим объяснялись многочисленные женитьбы молодых мужчин на старухах.
Спор о власти решился компромиссом. Хассану б. Малику пришлось согласиться на признание Марвана халифом с условием, что после его смерти власть перейдет к Халиду. Кроме того, он получил гарантии, что за калбитами сохранятся привилегии, установленные Муавией и подтвержденные Язидом: 2000 жалований их воинам по 2000 дирхемов в год, право занимать почетные места на приемах и участвовать в советах, невмешательство в дела племени на его территории и гарантия перехода власти в племени к его сыну или двоюродному брату. Ал-Хусейн б. Нумайр выговорил себе за поддержку Марвана предоставление киндитам земель на восточном берегу Мертвого моря (ал-Балка) «для прокормления» (макала). Сторонники ал-Ашдака получили лишь моральное удовлетворение: им было обещано, что он будет преемником Халида.
Итак, Марван формально получил-таки власть, к которой пробирался всю жизнь. Но было ему уже под 80... Теперь ему предстояло отвоевать ВЕСЬ халифат. Прежде всего надо было справиться с ад-Даххаком, за которым стояли все кайситы Сирии. На помощь ему пришли воины химсского и киннасринского округов. На стороне ад-Даххака были также часть калбитов (джузамиты во главе с Натилем б. Кайсом) и другие южные арабы (например, Шурахбил б. Зу-л-Кала, глава йеменцев Химса). Совершенно неожиданно в стане ад-Даххака оказался сын Муавии I, Абдаллах. Средневековые историки объясняют его позицию слабоумием, хотя может быть, он просто перемудрил.
Численность обоих войск определяется очень различно: от 6 до 18 тысяч у Марвана и от 22 до 60 тысяч у ад-Даххака. Меньшие цифры вызывают большее доверие. Но было ли у ад-Даххака большое численное преимущество? Вполне вероятно, что силы были примерно равны. Равенством сил объясняется продолжительность этой странной битвы у Мардж Рахит – не менее 20 дней.
Первым успехом Марвана в этой борьбе был захват Дамаска со всеми находившимися там припасами и деньгами. По сведениям историка Халифы, исход битвы решило коварство Убайдаллаха б. Зийада, предложившего Марвану заключить с ад-Даххаком обманное перемирие, а затем неожиданно бросить на него кавалерию. Неожиданное нападение обратило кайситов в бегство. В бою погиб сам ад-Даххак и около 80 предводителей. Ан-Нуман б. Башир бежал, но был настигнут и убит. Если верить сведениям Абу Таммама, то со стороны Марвана за все дни битвы погибло 1300 человек, а побежденные потеряли 6000.
Узнав о судьбе ад-Даххака и ан-Нумана, Зуфар б. ал-Харис покинул Киннасрин с группой преданных людей и ушел в Джазиру. Там он обманным путем вошел в городок Киркисийа и изгнал наместника Ибн аз-Зубайра, организовав независимую власть. Натил же бежал в Мекку к Ибн аз-Зубайру.
Теперь вся Сирия признала нового халифа. Власть над ней была поделена между новыми людьми: Палестина досталась старшему сыну Марвана Абдалмалику, Дамаском стал управлять ал-Ашдак, а Химсом – Халид б. Язид. Хассан б. Малик остался в Урдунне.
Развивая успех, Марван начал готовиться к завоеванию Египта, овладение которым совершенно изменило бы соотношение сил в расколотом Халифате.

Два обстоятельства определяли важность Египта для Абдаллаха б. аз-Зубайра: значительные денежные поступления (Муавия получал оттуда не меньше 600 000 динаров) и, что не менее важно, доставка зерна морем в Мекку, ставшая особенно насущной, после того как Сирия и Палестина вышли из-под его контроля. Прекращение поставок египетского зерна не вызвало бы голода в Мекке, но резко повысило бы цены и понизило авторитет мекканского халифа. Кроме того, Египет был бы постоянной угрозой для Марвана в случае попытки организовать поход на Мекку – удар через Аилу отрезал бы его от Сирии.
Сторонниками Ибн аз-Зубайра в Египте были низшие по статусу арабские племена и беднейшие слои мусульманского населения, где сильны были идеи "египетских хариджитов". Эти мятежники были идеологически близки к иракским хариджитам-харуритам, их лозунгом было «суд принадлежит Аллаху», но методы борьбы всё же не столь радикальны. С позиций истинного хариджизма Ибн аз-Зубайр не был законным халифом, выбранным по воле мусульман, и иракские хариджиты после снятия осады Мекки порвали с ним и не признавали его, а египетские признавали лишь на словах.
Арабы из племен-первопоселенцев, принимавших участие в завоевании Египта, особенно их верхушка, были недовольны господством выскочек и ворчали: «Что за диво мы видим – эта кучка скрытников распоряжается нами, а мы не можем ответить на их дела». Восстановление омейядской власти вселило в них надежду на перемены. Аристократическая оппозиция вступила в переписку с Марваном и обещала поддержку изнутри в случае нападения на Египет, не скрывая этого от наместника, Абдаррахмана б. Утбы б. Джахдама.
Вскоре после утверждения в Сирии Марван начал подготовку к походу на Египет. Абдаррахман в ответ стал готовить Фустат к обороне. Время выступления сирийских войск неизвестно. Шли они двумя колоннами. Одна, под командой сына Марвана Абдалазиза, наносила удар через Аилу на Кулзум, а другая, под командованием самого Марвана, двигалась по приморской дороге. О противодействии египетских войск на границе сведений не имеется, но мы знаем, что Абдаррахман, готовясь к обороне, успел выкопать ров (прикрывший Фустат с востока), над которым целый месяц трудилось 30 000 рабочих. Либо его начали копать при первых известиях о готовящемся нападении, либо сирийские войска продолжительное время стояли на границе Египта.
Раух б. Зинба, находившийся при Марване, обнаружил, что в Палестине находится младенец-сын ас-Саиба б. Хишама, противостоявшего приморскому войску Марвана, захватил его и пригрозил отцу обезглавить его, если он не откроет дорогу на Египет. Ас-Саиб ради сына отступил, а вот Абдалазизу пришлось прорываться через теснину у Аилы с боем. Оба войска соединились у Фустата. Абдаррахман б. Утба послал флот, чтобы отрезать сирийцев, но буря разметала его.
Опираясь на ров, египтяне упорно сопротивлялись. Основные бои происходили у Айн Шамса. Фустатцы обороняли ров, сменяя друг друга через один-два дня. Племенная знать в лице Курайба б. Абрахи (главы химйаритов), Абиса б. Саида ал-Муради (в разное время бывшего начальником полиции и судьей) и других выступила посредником и договорилась о сдаче и выговорила Абдаррахману б. Утбе почетную отставку.
Марван вступил в Фустат 14 декабря 684 г., принял присягу в мечети и распорядился о постройке для себя дворца. Многие из бану маафир отказались нарушить присягу Ибн аз-Зубайру, за что 80 человек из них были казнены. 27 января 685 г. был казнен вождь лахмитов ал-Акдар б. Хумам (участник завоевания Египта), командовавший флотом, посланным против Марвана. Последнее обстоятельство не могло быть причиной казни. Скорее, его вина заключалась в принципиальной верности Абдаллаху б. аз-Зубайру, товарищу по завоеванию Египта, в котором он и другие ветераны ислама и завоеваний видели гаранта возвращения им былого почета и власти в государстве. Арест ал-Акдара вызвал возмущение в Фустате, тысячи воинов собрались у ворот дворца, требуя его освобождения, но было поздно: казнь уже свершилась. Как Марван уладил этот конфликт – не сообщается. Но он был мастер компромиссов.
Продемонстрировав египтянам свою силу и непреклонность и выстроив дворец в Фустате, Марван вскоре возвратился в Сирию, оставив ведать всеми делами Египта – от молитвы до сбора налогов – своего сына Абдалазиза.
Возвратился Марван очень своевременно, потому что Ибн аз-Зубайр воспользовался его отсутствием, чтобы помочь Натилу отвоевать Палестину, и отправил туда войско во главе с Мусабом б. аз-Зубайром. Марван выслал ему навстречу часть своих воинов во главе с Амром б. Саидом, и они легко разгромили Мусаба на подходе к границам Сирии; место их встречи никем не упоминается.
Затем Марван организовал поход на Медину, поручив командовать им вождю племени балкайн Хубайшу б. Дулдже. Вероятно, его соплеменники и составляли ядро войска, потому что в войске из 6400 человек не упоминается ни один известный деятель, если не считать прославившегося впоследствии ал-Хаджжаджа б. Йусуфа, значит, основные силы сирийской армии оставались при Марване.
Ибн аз-Зубайр выслал навстречу ему свои наличные вооруженные силы во главе с Масруком ан-Насри. Они явно были немногочисленны, так как одновременно наместники Куфы и Басры получили распоряжение выслать подкрепления. Из Куфы вышел двухтысячный отряд Мухаммеда б. ал-Ашаса, а из Басры – трехтысячный отряд ал-Хатафа (читается также ал-Хунайф) б. Сиджфа ат-Тамими.
Войско Хубайша беспрепятственно дошло до Зу-Марвы. При известии об этом наместник Медины бежал. Хубайш стал лагерем в Джурфе, и где-то между Джурфом и Мединой произошло столкновение с отрядом Масрука, кончившееся разгромом мекканцев. Хубайш похоронил своих убитых, а мекканцы остались лежать в поле непогребенными.
Марван предупредил Хубайша, чтобы тот не трогал мединцев, которые не поддерживают явно Ибн аз-Зубайра. Хубайш не нарушил этого распоряжения – о казнях не сообщается, – но не скрывал своего презрения к мединцам. Как рассказывали, он, сидя на минбаре Пророка, ел финики и бросал косточки в присутствующих, приговаривая: «Хочу этим дать вам понять, как мало вы для меня значите».
Узнав о разгроме мекканцев, Мухаммед б. ал-Ашас с дороги вернулся в Куфу. Басрийцев же это не смутило, и они продолжили свой марш на Медину. Хубайш не стал ожидать их в Медине, а вышел навстречу к ар-Рабазе с 4000 воинов. Бой под ар-Рабазой был упорным, и перевес клонился на сторону Хубайша; исход его решила тысяча всадников, до последнего момента укрывавшихся в лощине. Неожиданный удар опрокинул палестинцев, Хубайш был убит, оставшиеся в живых бежали, их преследовали и брали в плен. В плену оказалось от 500 до 800 человек. Заместитель, оставленный Хубайшем в Медине, бежал из нее с остатками войска. Бой под ар-Рабазой датируется очень широко – от осени 684 до весны 685 г.
Мединцы радостно встретили победителей. Семьи, пострадавшие в битве на харре, получили полное моральное удовлетворение: 800 пленных палестинцев были казнены на том же месте, где Муслим б. Укба два с небольшим года назад казнил мединцев. Казнями руководил специально для этого приехавший Мусаб б. аз-Зубайр.
Сражения под Мединой показывают, что собственные вооруженные силы Ибн аз-Зубайра были невелики, навязать с их помощью свою волю какой-нибудь провинции, не признавшей его добровольно, было невозможно, только моральный авторитет Ибн аз-Зубайра и ненависть к Омейядам обеспечивали ему признание. Особенно важно было для него укрепить свое влияние в такой богатейшей области, как Ирак, которому с конца 684 г. стал угрожать Убайдаллах б. Зийад, вступивший во главе многочисленного войска в Джазиру, чтобы вернуть себе Ирак, 20 лет бывший вотчиной Зийада и его сыновей. С этой целью Ибн аз-Зубайр послал в Басру наместником своего брата Мусаба.

Династия суфйанитов

Кандидатура Марвана была результатом компромисса нескольких сил. Большинство ведущих политических деятелей, приведших его к высшей власти в Халифате, видели в нем временную фигуру (стар он был изрядно). Марван думал иначе: как и Муавия, он хотел видеть преемником своего сына. Завоевание Египта и утверждение положения в Сирии и Палестине превратили его в реального властителя. Наиболее опасный противник на сирийской почве, ад-Даххак б. Кайс, погиб; Убайдаллах б. Зийад, активно содействовавший успеху Марвана, был отправлен на поиски утерянной власти; легально признанные преемники не имели за собой силы, которая могла противостоять Марвану. И он решился объявить наследником своего сына Абдалмалика.
Конечно, это было грубым нарушением обязательств, взятых на себя перед людьми, которые сделали его халифом на определенных условиях, правда, трудно сказать, закреплялись ли они присягой-рукобитием или все ограничилось словесными заверениями. Но - то, что "Марван не держит слова" у арабов стало поговоркой. Это лишь один случай. Дата и обстоятельства проведения присяги Абдалмалику излагаются в источниках различно: одни говорят о проведении её сразу после возвращения из Египта и называют местом проведения присяги ас-Синнабру, городок на Тивериадском озере в трех милях южнее Табарии, где любил проводить зиму Муавия б. Абу Суфйан, другие называют Дамаск.
Если Марван покинул Египет в конце джумады II/5–10 февраля 685 г., то прибытие его к Тивериадскому озеру можно ожидать 15–20 февраля, как раз в соответствующий сезон. В марте временные обитатели ас-Синнабры покидали ее ради весенних пастбищ Хаулана и Джабии. Отсюда следует, что в ас-Синнабре присяга могла состояться не позже начала марта 685 г., а в Дамаске – не ранее апреля.
Поводом, подтолкнувшим Марвана к проведению присяги Абдалмалику, будто бы послужили слова ал-Ашдака, сказанные после разгрома Мусаба: «Это дело (т. е. халифат) будет моим после Марвана». Марван сообщил об этом Хассану б. Малику, и тот во время вечернего приема у халифа встал и предложил присягнуть Абдалмалику как наследнику, а затем – Абдалазизу. Это странно. Возможно, прав ал-Йакуби, который сообщает, что по возвращении из Египта Марван узнал о присяге Хассана ал-Ашдаку, потребовал от него объяснений, Хассан отрицал факт присяги ал-Ашдаку и согласился в подтверждение своей невиновности присягнуть Абдалмалику. А это больше похоже на инсценировку
Марван ненадолго пережил это событие, скончавшись, скорее всего, 7 мая 685 г.

Причины смерти Марвана не были ясны современникам: одни считали, что он умер своей смертью, другие объясняли её чумой, наконец, в ней обвиняли мать Халида б. Язида, бойкую ещё старушку, которая отомстила ему за оскорбление сына, отравив или задушив подушкой. Абдалмалик будто бы хотел ее казнить, но она остановила его, припугнув позором для него, если станет известно, что отец погиб от рук женщины. Арабская сказка, но занятна. Вероятно, всё же чума, которая в 684 г. охватила весь Ближний Восток от Басры до Египта.
Абдалмалик, по всей видимости, не присутствовал при смерти отца, хотя многие источники говорят, что он читал над ним погребальную молитву. У ал-Йакуби говорится: «Воспротивились сирийцы Абдалмалику, и поспешил он в Дамаск, боясь восстания Амра б. Саида». Отсутствие его в Дамаске подтверждается упоминанием присяги ему в Иерусалиме. Главным соперником Абдалмалика был Амр б. Саид ал-Ашдак, считавший себя преемником Марвана после того, как Хассан б. Малик перестал настаивать на кандидатуре Халида б. Язида. Абдалмалику удалось умиротворить ал-Ашдака, признав его своим наследником и пообещав привлекать к решению всех вопросов.
Абдалмалику в ту пору было около 40 лет. В отличие от тучных Али и Муавии он был строен, несколько выше среднего роста, большеглазый, с большим горбоватым носом. Живя в Медине, он посещал кружок передатчиков хадисов, любил поэзию, но был скуповат, а став халифом, проявил слабость к неумеренным восхвалениям и лести. Ко времени избрания халифом Абдалмалик приобрел большой военный и административный опыт, без которого вряд ли справился бы с труднейшей задачей восстановления единства Халифата.
Основная опасность в этот момент грозила не со стороны Ибн аз-Зубайра (который был пассивен и лишь принимал присягу от провинций, где верх брали его сторонники или люди, предпочитавшие анархии хоть какую-то власть), а с севера, от Византии. Оправившись от удара, нанесенного болгарами на Дунае, Константин IV воспользовался безвластием, начавшимся после смерти Язида, и повел наступление на Халифат по всему фронту. Изгнание арабов с Родоса, Крита и Кипра восстановило господство византийского флота в Восточном Средиземноморье; гибель египетского флота в ноябре 684 г. лишила арабов возможности противостоять нападениям византийцев на приморские города. В это смутное время, скорее всего уже в начале лета 685 г., византийцы напали на важнейшие приморские города Сирии и Палестины - Аскалон, Кайсарию, Акку и Сур и разрушили их укрепления. Особенно болезненным был удар по Суру и Акке, главным верфям и базам военного флота арабов в Сирии. Господство Византии на море снова стало абсолютным.
Произошел перелом и в Малой Азии: в 684 г. арабы уже не вторгались на византийскую территорию, а затем были вынуждены покинуть Малатию и Мараш, главные исходные базы арабских походов на Малую Азию. Константин IV перенес свою штаб-квартиру в Масису, явно намереваясь продолжить наступление на Сирию, в горных районах которой хозяйничали мардаиты, и захватил Антиохию.
Выход был один – попытаться возобновить договор, заключенный Муавией и нарушенный Язидом. Все внимание Абдалмалика летом 685 г. было переключено на север. Он перебрался из Дамаска в Химс и, вероятно, перенацелил армию Убайдаллаха б. Зийада с восточного на западное направление, иначе нечем объяснить ее пассивность в Джазире после сражения у Айн ал-Варды. Перемещение ее к Сумайсату может объяснить и готовность императора пойти на переговоры.
Условия договора были крайне невыгодны для Абдалмалика: он обязывался платить по 1000 динаров, одному рабу и одному породистому коню за каждый день мира, т. е. лишался примерно четверти всех налоговых поступлений Сирии. Эти условия так точно совпадают с условиями мирного договора, будто бы подписанного Муавией, что невольно закрадывается мысль, не приписан ли ему договор Абдалмалика. Особенно показательно обязательство императора отозвать мардаитов из ливанских гор, которые при Муавии еще не нападали на Сирию. Договор был заключен 7 июля 685 г., а 18 июля Абдалмалик совершил в Химсе праздничное жертвоприношение.
Хаджжем этого, как и предшествующего, года руководил Абдаллах б. аз-Зубайр. Для вящей славы он не просто отремонтировал Каабу после пожара, но полностью перестроил, разрушив до основания и возведя снова в значительно больших размерах. Ибн аз-Зубайр расширил мечеть к югу, засыпав для этого русло, по которому стекали ливневые потоки, и поставил стену за ним, а также расширил мечеть к северу, включив в нее часть Дар ан-надва. Кааба была разобрана до основания, под которым выявился какой-то старый фундамент, объявленный остатками постройки Ибрахима-Авраама, и на нем были возведены новые стены, захватившие с севера часть Хиджра, высота их была на 9 локтей больше, чем прежде.
Пока Абдалмалик улаживал отношения с Византией, Натил б. Кайс вновь овладел Палестиной. Сведения об этих событиях очень нечетки. Можно предполагать вслед за ал-Йакуби, что Натил захватил Палестину вскоре после смерти Марвана, но Абдалмалик, узнав о подготовке императора к вторжению в Сирию, предпочел сначала уладить дело с наиболее сильным противником. Теперь он мог использовать силы, занятые на севере, против Натила.
Сражение, в котором вместе с халифом принимал участие ал-Ашдак, произошло у Аджнадайна; местоположение его неопределенно, и поэтому трудно судить, как далеко проник Натил. Неизвестна и дата сражения. Натил был разгромлен и погиб. Палестина снова оказалась под властью Абдалмалика.

Ирак, шииты

Ибн аз-Зубайр не был единственным противником Абдалмалика, и мусульманское общество было расколото не на два, а на четыре лагеря: соперничавшим халифам приходилось иметь дело еще с шиитами и хариджитами.
Расправа с Хусейном была моральным шоком для куфийских шиитов: они не могли не чувствовать своей вины перед имамом, которого сами же пригласили к себе и предали. Требовалось какое-то время, чтобы найти себя в новой обстановке, тем более что ни брат Хусейна, Ибн ал-Ханафийа, ни его сын Али не выказывали желания возглавить борьбу против убийц Хусейна, держась подчеркнуто лояльно по отношению к Язиду и Марвану.
Во искупление своей вины шииты ограничились местью против убийц Хусейна. Ядром нового движения стали пять старых соратников Али: Сулейман б. Сурад ал-Хузаи, ал-Мусаййаб б. Наджаба ал-Фазари, Абдаллах б. Сад б. Науфал ал-Азди, Абдаллах б. Вал ат-Тайми и Рифаа б. Шаддад ал-Баджали; вокруг них образовался круг из сотни молодых приверженцев. В начале сентября 681 г., сразу же после отмены Убайдаллахом ибн Зиядом военного положения в Куфе, состоялась первая встреча куфийских шиитов в доме Сулеймана б. Сурада. Инициативу взял на себя ал-Мусаййаб б. Наджаба. Он напомнил собравшимся, что они призвали сына дочери Пророка в Куфу, но испугались за свои жизни и не оказали ему помощи. Теперь есть только один путь к очищению перед страшным судом – пожертвовать собой и убить убийц Хусейна. А для этого надо избрать руководителя, который подготовит план действий для получения помилования от Аллаха. Рифаа б. Шаддад повторил те же мысли и сказал, что готов подчиняться ал-Мусаййабу, если тот согласится их возглавить, а если нет, то предлагает избрать вождем сподвижника посланника Аллаха Сулеймана б. Сурада, человека храброго и разумного.
Присутствующие согласились с ним и избрали Сулеймана б. Сурада своим вождем. Сулейман ответил прочувствованной речью, описывая тяжесть совершенного ими греха и необходимость искупить его хотя бы даже ценой жизни. Речь была встречена с воодушевлением, в порыве религиозного энтузиазма многие стали жертвовать всё свое имущество (кроме оружия) на общее дело и отказываться от мирских благ. Для хранения и управления им тут же был назначен казначей. Затем Сулейман б. Сурад направил послания Саду б. Хузайфе б. ал-Йаману в ал-Мадаин и ал-Мусанне б. ал-Махраме в Басру, в которых развивалась та же мысль о необходимости покаяния и личной жертвы.
Движение «Ат-Таввабун» было прозвано их врагами «тайным союзом сотни шиитов». В течение последующих трёх лет движение «Ат-Таввабун» фактически функционировало как тайное общество. За это время Сулейман смог найти себе сторонников в других городах Ирака - Сада ибн Хузайфу аль-Йамани в Мадаине и Аль-Мусанну ибн Мухаррибу аль-Абди в Басре.
Пока власть в Куфе принадлежала Убайдаллаху б. Зийаду или его заместителю, шиитам приходилось соблюдать строгую конспирацию. Смерть Язида воодушевила шиитов. Наиболее горячие головы стали предлагать Сулейману немедленно выступить, изгнать амира Убайдаллаха б. Зийада и приняться за дело отмщения. Сулейман отвечал, что истинные убийцы – племенная знать Куфы и если она узнает, что движение направлено против неё, то сразу разгромит его. А нужно усилить пропаганду в городе и увеличивать число сторонников. Его послушались. Сулейман оказался прав – в обстановке слабой власти в городе число сторонников стало быстро расти. Наместник всего востока Халифата был в Басре как всегда по случаю зимнего времени. Там он пытался провозгласить себя амиром до выяснения чья власть в столице. Присягали ему неохотно, в Басре начались межплеменные сражения. Убайдаллах ибн Зияд спешно бежал из города, бросив на произвол судьбы свою семью и детей. Ситуацией воспользовались местные ашрафы, которые призвали Ибн аз-Зубейра направить в Куфу своего наместника. Одновременно с этими событиями Сулейман ибн Сурад объявил мобилизацию в рядах «Ат-Таввабун» и союзных шиитских ополчений.
В это время в Куфе появляется новая фигура: из Мекки приехал ал-Мухтар, рассчитывавший использовать ситуацию и поднять шиитов против убийц Хусейна, а по существу – против халифа. Его приезд совпал с новой переменой власти в Куфе: 13 мая 684 г. туда прибыл первый назначенный самим Ибн аз-Зубайром наместник, Абдаллах б. Язид, а 20 мая появился ал-Мухтар.
Перед отъездом из Мекки ал-Мухтар был у Мухаммеда б. ал-Ханафии и пытался получить от него согласие представлять его в Куфе в деле мести за Хусейна. Мухаммед промолчал. Ал-Мухтар решил считать это согласием и в Куфе сразу же стал представляться посланцем Мухаммеда б. ал-Ханафии.
Узнав о готовящемся выступлении, Мухтар попытался убедить лидеров «Ат-Таввабун» в том, что их движение в нынешнем виде обречено. Он указывал на то, что хотя все они были старыми и благочестивыми мусульманами, среди них не было никого, кто обладал бы должным военным опытом, и предлагал им встать под его знамёна. И хотя Сулейман ибн Сурад был непреклонен, многие рядовые члены движения уже тогда перешли на сторону Мухтара.
В конце 684 г. в Джазире появился Убайдаллах б. Зийад во главе многочисленного войска, с которым он должен был подчинить власти Омейядов (а заодно – и своей) Ирак. Появление главного виновника убийства Хусейна подтолкнуло Сулеймана б. Сурада к выступлению, тем более что в его списках числилось 16 000 присягнувших. Испуганный этими приготовлениями, Умар б. Сад, командовавший куфийцами при Кербеле, перебрался ночевать в резиденцию наместника, зная, что некоторые соратники Сулеймана б. Сурада советовали, прежде чем идти против сирийцев, расправиться со своими куфийскими убийцами Хусейна.
Наместник Куфы Абдаллах б. Язид пришел к Сулейману и предложил совместно выступить против общих врагов, а не дробить силы. Сулейман ответил, что у него и его товарищей своя цель, которую они должны осуществить. Абдаллах б. Язид предложил подождать немного, чтобы собрать им в помощь куфийское войско. Сулейман отказался и от этого – заслугу перед Аллахом положить свою жизнь во искупление совершенного тяжкого греха не хотелось умалять привлечением чьей-то помощи.
Сбор в ан-Нухайле был назначен на 15 ноября 684 г. Вместо ожидавшихся 16 000 пришло только 4000 человек. Остальные или не пожелали идти в поход, или перешли на сторону ал-Мухтара. Сулейман послал людей проехать по Куфе и повторить призыв. После этого появилась еще тысяча человек. Сулейман не переменил своего решения выступить в поход и объявил, что численность не имеет значения, так как они идут не за добычей, а отомстить или погибнуть.
По пути на север «кающиеся» (таввабуна) завернули к Кербеле, чтобы помолиться на могиле Хусейна, и задержались там на пять дней. Весьма вероятно, что Сулейман б. Сурад ожидал там подхода сторонников из ал-Мадаина и Басры, но так и не дождался. Далее «кающиеся» прошли через Анбар и по левому берегу Евфрата достигли Киркисийа. Там они узнали от Зуфара б. ал-Хариса (уже вполне независимого правителя), что Убайдаллах переправился у Ракки и идет к Айн ал-Варде (Рас ал-Айн). Зуфар, для которого Убайдаллах после Мардж Рахита стал таким же врагом, как и для шиитов, снабдил войско Сулеймана б. Сурада припасами и предложил совместно действовать против сирийцев, но Сулейман отказался и от этого предложения, право на рай он не желал делить ни с кем.
Сулейман б. Сурад повел свое войско вверх по Хабуру, идя параллельно сирийцам с целью опередить их и занять богатый водой и плодородный район Айн ал-Варды. Путь от устья Хабура до Айн ал-Варды почти на треть длиннее, чем от Ракки, все же Сулейман б. Сурад опередил сирийцев, обустроил лагерь западнее Айн ал-Варды и дал войску отдых. 3 января 685 г. ал-Мусаййаб б. Наджаба в суточном переходе от Айн ал-Варды обнаружил передовой отряд Зу-л-Кала, неожиданно напал на него своими четырьмя сотнями воинов, разгромил и обратил в бегство. Но наутро (4 января 685 г.) подошел двухтысячный отряд ал-Хусейна б. Нумайра. Сулейман б. Сурад обратился к противнику с предложением отречься от халифа, выдать им Убайдаллаха б. Зийада и согласиться на передачу власти семье Пророка. Сирийцы же предложили присягнуть халифу (Марвану). Обе стороны отвергли предложения противников. Началось сражение, продолжавшееся до темноты; с ее наступлением оба войска возвратились в свои лагеря.
Наутро к ал-Хусейну подошел Зу-л-Кала с основными силами (8000 человек). Несмотря на значительный перевес на стороне сирийцев, воины Сулеймана б. Сурада устояли и в этот день. Всю ночь три агитатора-касса ходили среди воинов Сулеймана, вдохновляя их перед решительным днем боя. Он оказался действительно последним, потому что ночью подошли еще 10 000 сирийцев. «Кающиеся», отбросив ножны мечей по примеру своего вождя, что означало решимость сражаться до смерти или победы, приняли бой и долго выдерживали атаки сирийской конницы. Ал-Хусейн б. Нумайр отправил в бой лучников, которые методично начали расстреливать "кающихся". Стрелой был сражён Сулейман б. Сурад, но его воины не побежали, как часто бывало после гибели командующего, а держались до темноты.
Не всем удалось стать шахидами и искупить свой грех перед аллахом. Ночью Рифаа б. Шаддад ал-Баджали подобрал, кого мог, из раненых и увел остатки войска на восток. После восьмидесятикилометрового марша он переправился у Тунайнира через Хабур и уничтожил за собой переправу. Идя далее на юг по восточному берегу Хабура, он уничтожал все переправы, чтобы не дать сирийцам возможности использовать их при преследовании.
Но сирийцы не стали преследовать. Они тоже понесли за эти три дня немалые потери, а преследование и даже уничтожение отряда Рифаи отвлекало от главной задачи – овладения Джазирой.
Рифаа своим решением спас значительно больше сотни человек, судя по тому, что мог выделить в арьергард 70 всадников. Они не только охраняли остальных от нападения с тыла, а еще и подбирали упавших от ран и изнеможения и даже теряемые при отступлении вещи. В Киркисийа отряд Рифаи был так же радушно принят Зуфаром. Он предложил остаться у него и вместе оборонять город, но куфийцы отказались и после трехдневного отдыха продолжили свой путь домой.
Долгожданные отряды из ал-Мадаина и Басры сильно запоздали. Мадаинцы дошли до Хита, когда там уже стало известно о разгроме и гибели Сулеймана б. Сурада. Они повернули обратно и в Сандауда встретились с отрядом в 300 басрийцев, поделившись с ними печальной новостью. Мадаинцы вместе с ними дождались отступавших, затем все возвратились по домам.
При подготовке Сулеймана б. Сурада к выступлению или уже во время похода, когда число шиитов в Куфе уменьшилось, куфийская племенная верхушка решила заодно избавиться и от слишком ретивого ал-Мухтара. Умар б. Сад б. Абу Ваккас и еще три представителя знати явились к Абдаллаху б. Язиду и Ибрахиму б. Мухаммеду (первый ведал «молитвой и войной», а второй – хараджем) и предупредили, что ал-Мухтар готовит восстание против них.
Абдаллах б. Язид тут же арестовал ал-Мухтара, и, когда остатки «кающихся» вернулись в Куфу, он находился в заточении. Его снова выручил тесть, Абдаллах б. Умар, обратившийся к наместнику с письмом, в котором давал ручательство за ал-Мухтара. Наместник потребовал представить поручителей из числа куфийцев. 13 шиитов, и среди них Рифаа б. Шаддад, поручились за ал-Мухтара. Сам ал-Мухтар вынужден был дать убедительную клятву, что пока эти два амира правят Куфой, он не выступит против них. Убедительность он укрепил разводом с женой и освобождением раба.
Выйдя на свободу, он сразу забыл свою клятву и снова стал призывать отомстить за кровь Хусейна, выступая по существу и против зубайридской, и против омейядской власти. Его положение упростилось после смещения старого наместника и замены его Абдаллахом б. Мути б. ал-Асвадом – теперь он был свободен от данной им клятвы. Произошло это 4 или 5 мая 685 г., почти одновременно со смертью Марвана и приходом к власти Абдалмалика.
Впоследствии в его рядах сражались не только арабы, но и зависимые иранские крестьяне, и даже отряд индийцев из Даир Хинда во главе с брахманом по имени Рахаб. Одним из ближайших сподвижников Мухтара стал Ибрахим аль-Аштар, сын Малика аль-Аштара, прославленного полководца Имама Али.
Ал-Мухтар постоянно представлял себя уполномоченным Мухаммеда б. ал-Ханафии, и теперь, когда он стал единственным вождем шиитов, несколько человек из последователей Сулеймана б. Сурада решили справиться у самого Ибн ал-Ханафии и поехали к нему в Мекку. Мухаммед уклонился от прямого ответа, сказав, что несчастье, случившееся с Хусейном, касается всех мусульман и он надеется, что то, к чему призывает ал-Мухтар, с помощью Аллаха будет осуществлено тем, кого Аллах пожелает. Посланцы решили, что этот дипломатичный ответ подтверждает полномочия ал-Мухтара, и с тем вернулись в Куфу. Ал-Мухтар с опаской спросил их, с чем приехали, и с облегчением узнал, что они получили от Мухаммеда разрешение помогать ему.
Однако оказалось, что мало одного полномочия имама и веры последователей, нужен был еще какой-то авторитетный для куфийцев неформальный вождь. Шииты обратились к Ибрахиму б. ал-Аштару, сыну преданнейшего сподвижника Али. Ибрахим согласился, но с условием, что возглавит всё дело. Ему возразили, что ал-Мухтара назначил сам ал-махди. Ибрахим потребовал письменного подтверждения, и через некоторое время в Куфе появилось письмо Мухаммеда б. ал-Ханафии Ибрахиму, прямо утверждающее, что ал-Мухтар послан им. Наверняка фальшивка. Письмо было направлено от лица «Мухаммеда ал-Махди сына Али», и это вызвало подозрения у Ибрахима. Он во всеуслышание заявил, что переписывался с Мухаммедом и тот всегда называл только свое имя и имя отца. Тут несколько авторитетных лиц заявили, что это подлинное письмо Мухаммеда (в ту пору высокопоставленные лица крайне редко писали письма своей рукой, если имели секретаря, но слово нескольких достойных мусульман - неоспоримый аргумент). Ибрахиму пришлось смириться и уступить первенство ал-Мухтару.
Употребленный в этом письме титул ал-махди, фигурировавший также в пропаганде ал-Мухтара, еще не приобрел смысла «мессия», а использовался в буквальном значении «ведомый правильным путем», и вряд ли Мухаммед б. ал-Ханафийа использовал бы в своем письме этот эпитет даже в таком смысле. Скорее всего, Ибрахим верно почувствовал в письме некую стилистическую фальшь.
На этом этапе основной идеей большинства шиитов была месть за Хусейна и вручение политической власти угодному им (ар-рида) члену «дома Пророка»; идеи прихода спасителя, в котором воплотилось божество, большинству участников движения, особенно арабам, были чужды, их занимали гораздо более земные проблемы, о которых они ясно сказали Абдаллаху б. Мути после его первого программного выступления по прибытии в Куфу.
В нем кроме обычных обещаний карать бунтующих и поощрять благонамеренных Абдаллах б. Мути обещал не посылать излишки налоговых поступлений Ибн аз-Зубайру без согласия куфийцев и следовать образу действий Умара и Усмана. Ас-Саиб б. Малик возразил ему: «Что касается приказа тебе Ибн аз-Зубайра не увозить от нас излишки нашего хараджа (фай) без нашего разрешения, то мы свидетельствуем тебе, что не желаем, чтобы ты увозил излишки нашего файа от нас, а [желаем, чтобы] ты делил их только между нами и обращался с ними по образу действия Али ибн Абу Талиба, который он осуществлял в этой нашей стране…».
Отсюда становится ясно, что экономическая программа шиитских вождей Куфы заключалась в отказе отправлять излишки налоговых поступлений, остающиеся после выплаты жалований и других необходимых местных расходов, любой центральной власти – все деньги должны делиться на месте. Это не снимало проблемы неравномерности раздела внутри провинции, но сулило всем некоторое увеличение жалований.
Выполнил ли Абдаллах б. Мути свое обещание удовлетворить это пожелание куфийцев, неизвестно. Во всяком случае, вербовка сторонников и подготовка восстания ал-Мухтаром продолжалась. Восстание было назначено на ночь 20 октября 685 г.

Хариджиты

Хариджиты, вернувшиеся из Мекки во главе с Нафи б. ал-Азраком и Надждой б. Амиром, сначала попали в тюрьму, а затем получили свободу вместе с остальными заключенными, освобожденными Убайдаллахом б. Зийадом по настоянию басрийцев. Число освобожденных было около полутора сотен, но они стали мощной закваской, поднявшей хариджитское движение в Басре, попавшее в особенно благоприятные условия после отказа Ибн Зийада от власти (конец января – март 684 г.). Составить сколько-нибудь ясное представление о действиях хариджитов в этот период невозможно, так как это были действия отдельных групп, которые скорее можно назвать шайками. Их главный лагерь располагался на окраине города в Мирбаде, но действовали они и в центре, то присоединяясь к борьбе своих племен за власть в городе, то действуя самостоятельно. Установление межплеменного мира ограничило прежние вольности, хариджиты почувствовали необходимость объединения и выработки плана действий. У ат-Табари сохранилось упоминание собрания хариджитов, на котором победило мнение умеренных. Нафи б. ал-Азрак, настаивавший на восстании, собрал 300–350 сторонников и в конце шаввала 64/18–19 июня 684 г. ушел в Ахваз.
Через месяц между ним и Надждой б. Амиром возникли острые разногласия. Нафи был непримирим в отношении мусульман, не принимавших взгляды хариджитов, – он считал их безбожниками, стоящими вне закона и заслуживающими только смерти, а общение с ними – грехом. В смысле - убивать всех, включая детей, с демонстративным взрезанием животов беременных женщин. Наджда не мог примириться с убийствами детей и допускал общение с нехариджитами. Окончательно рассорившись, Наджда ушел с частью людей в Ямаму.
Взгляды Ибн ал-Азрака были четко изложены в одной из речей перед своими сторонниками. Он объяснил им, что сейчас они относятся к остальным мусульманам, как посланник Аллаха относился к язычникам, и процитировал первый айат 9-й суры: «Разрешение Аллаха и его посланника тем из многобожников, с кем вы заключили договор», подразумевая, что все знают продолжение: Аллах дает отсрочку на четыре месяца («А когда кончатся эти запретные месяцы, то избивайте многобожников, где их найдете, захватывайте их, осаждайте их, устраивайте им засады во всех скрытных местах…»). Им, хариджитам, Аллах открыл глаза на истину и направил по правильному пути, они, как в свое время посланник Аллаха, не должны общаться с инаковерцами-мусульманами, которые для них, как многобожники (кафирун): нельзя есть забитый ими скот, жениться на их женщинах, принимать их свидетельства, наследовать им, учиться у них религии. Таким образом, Ибн ал-Азрак теоретически обосновывал свое и своих последователей право обращаться со всеми мусульманами как с врагами Аллаха, ставил себя и своих последователей вне всего мусульманского сообщества.
Затем он послал письмо с изложением этих принципов в Басру Абдаллаху б. ас-Саффару и Абдаллаху б. Ибаду. Письмо попало к Ибн ас-Саффару, он пришёл в ужас и скрыл его от остальных, опасаясь возникновения раздоров. Ибн Ибад узнал о послании и потребовал дать для ознакомления. Прочитав, он возмутился: «Эти люди (т. е. не хариджиты) отвергают милости и заветы, но они не многобожники, мы можем только убивать их, но вся их собственность запретна для нас».
Так впервые появилась четко сформулированная программа крайних хариджитов, получивших позже название «азракитов» по имени Ибн ал-Азрака, и принципиальным положением, отделяющим их от умеренных хариджитов, суфритов и ибадитов (по имени родоначальников течений: Абдаллаха б. ас-Саффара и Абдаллаха б. Ибада), – азракиты считали всех мусульман, не разделяющих их взгляды, язычниками (мушрикун), со всеми вытекающими последствиями, т. е. людьми, с которыми в отличие от христиан, иудеев и зороастрийцев нельзя идти на соглашение и общаться, а суфриты и ибадиты считали иноверующих мусульман совершающими тяжкий грех (кафирун), но мусульманами, решение о которых принадлежит Аллаху.
Установив контроль над частью Ахваза, Нафи удовлетворился тем, что стал собирать с неё налоги, не делая попыток напасть на Басру. Возможно, его остановила эпидемия чумы, свирепствовавшая в Басре, но возможно, что Нафи, не располагал для этого достаточными силами. Негласное перемирие закончилось в январе 685 г., когда басрийцы решили расправиться с хариджитами, направив против Нафи отряд из 700 человек во главе с Муслимом б. Убайсом. Хариджиты встретили его у Дулаба в двух или четырех милях южнее Ахваза на восточном берегу Дуджайла (Карун). В распоряжении Нафи было 500–600 человек. Равенство сил определило ожесточенность сражения: в бою погибли и Нафи, и Муслим, а за ними – еще по четыре командующих с обеих сторон. К вечеру остатки хариджитов обратили остатки басрийцев в бегство, и только храбрость последнего командира басрийцев Харисы б. Бадра, с горсткой воинов стойко прикрывавшего беспорядочное отступление, спасла их от полного уничтожения. Убайдаллах б. Башир, возглавивший азракитов после сражения, отошел в Ахваз; основная часть басрийцев возвратилась по домам, а Хариса б. Бадр с небольшим отрядом остался в Нахр Тира и некоторое время спустя успешно отбил попытку хариджитов прорваться к Басре.
Через пять месяцев, в зу-л-кака 65/9 июня – 8 июля 685 г., наместник Ибн аз-Зубайра в Басре, Умар б. Убайдаллах, направил против азракитов десятитысячное (сомнительно) войско под командованием своего брата Усмана. Сражение произошло на том же месте. Басрийцы снова потерпели поражение, а Усман был убит.
Ибн аз-Зубайр сместил неудачника Умара б. Убайдаллаха и назначил ал-Хариса б. Абдаллаха ал-Махзуми по прозвищу ал-Куба (Ёж). Хариса б. Бадр просил его поручить ему ведение войны с хариджитами и придать для этого людей. В ответ на это ал-Куба приказал ему возвратиться в Басру. Хариса ослушался приказа и остался в Нахр Тира, но значительная часть его воинов с удовольствием вернулась домой. Воспользовавшись его ослаблением, хариджиты напали ночью, храбрейший Хариса предварил судьбу нашего Ермака - пытался спастись по воде, но перегруженная лодка потонула, все были с оружием и в панцирях, не спасся никто.
Гибель энергичного и опытного военачальника открыла хариджитам путь к Басре. Убайдаллах б. Башир обосновался в Нахр Тира и послал своего двоюродного брата аз-Зубайра б. Али к Басре. Силы хариджитов после их побед значительно выросли по сравнению с тем, что было у Нафи, и аз-Зубайр мог располагать внушительным отрядом, когда внезапно появился у моста через Тигр*. Басрийцы при его приближении распустили наплавной мост, но аз-Зубайр быстро восстановил его и оказался «между двух мостов», в непосредственной близости от города. Тут уж басрийцы, забыв все раздоры, не сговариваясь, дружно вышли навстречу ему с оружием в руках, и аз-Зубайру пришлось отступить за реку.
*Твердой уверенности в том, что упомянутый мост был наведен через Тигр (понятия Шатт ал-Араб тогда не существовало, считалось, что в залив впадает Тигр, а Евфрат теряется в болотах), не имеется, так как местность «между двумя мостами» (байн джисрайн) неоднократно упоминается в связи с событиями в самой Басре, но в данном случае вероятнее всего, что наплавной мост был наведен через Тигр.
Непосредственная опасность для Басры миновала, но вся территория севернее Тигра, с которой в город поступала значительная часть денег, продуктов и товаров, осталась в руках хариджитов, причём самой их крайней их части - азракитов. В то же время позиции хариджитов укрепились и в Ямаме и Бахрейне, с которыми Басра имела тесные экономические связи. Сюда после прекращения осады Мекки приехала группа хариджитов во главе с Абу Талутом, а затем прибыл Наджда б. Амир. Абу Талут захватил поместья, принадлежавшие Муавии около Хидримы, и разделил 4000 рабов и членов их семей, работавших там, между своими людьми. Несколько позднее Наджда, располагавший отрядом в 60 человек, захватил караван, с которым везли Ибн аз-Зубайру деньги, собранные в Бахрейне. Наджда предложил Абу Талуту разделить эту добычу поровну между воинами обоих отрядов, если они согласятся возвратить рабов, чтобы те по-прежнему обрабатывали землю, принося хариджитам постоянный доход. Воины Абу Талута согласились на это и признали главенство Наджды. Присягнул ему и Абу Талут. Все это происходило в пределах 685–86 г. Укрепив свои позиции в Ямаме и значительно пополнив ряды приверженцев, Наджда через несколько месяцев в том же году завладел Бахрейном, с которым Басра была тесно связана. Таким образом, Басра оказалась блокированной с двух сторон. Сокращение поступлений в казну (а с ними и сокращение жалований) сопровождалось и сокращением торгового оборота.
Теперь басрийцы решили взяться за ум и поручить войну с хариджитами опытному военачальнику и авторитетному для всех человеку. После долгих споров выбор пал на ал-Мухаллаба б. Абу Суфру. Он был аздитом, но в разгар борьбы в Басре между тамимитами и аздитами находился в Хорасане, замещая Салма б. Зийада до назначения Абдаллаха б. Хазима. В ожесточенной борьбе между тамимитами и бакритами за власть в Хорасане, начавшейся вскоре после этого, он также не участвовал. Можно думать, что все эти острые моменты он пережил в Мекке. По некоторым сведениям, Ибн аз-Зубайр вручил ему грамоту на управление Хорасаном и он оказался в Басре по пути к месту назначения. Между тем Абдаллах б. Хазим захватил власть в Хорасане и присягнул Ибн аз-Зубайру.
Ал-Мухаллаб не сразу согласился на предложение басрийцев – слишком хорошо понимал он сложности управления войском, составленным из недружелюбно расположенных друг к другу племенных группировок. Наконец он согласился, поставив условием, что ему предоставят отбор людей, дадут средства на подготовку к войне, он будет распоряжаться отвоеванными областями и оставлять для своих нужд все налоги, которые будут там собраны.
Если три первых условия не вызвали возражений, то последнее вызвало недовольство наместника и племенной верхушки – не для того собирались они изгонять хариджитов, чтобы по-прежнему оставаться без денег. Ал-Мухаллабу было разрешено расходовать деньги только в пределах выплаты жалованья воинам, остальное следовало отсылать в Басру.
Ал-Мухаллаб отобрал воинов во всех пяти объединениях и будто бы собрал около 12 000 человек; правда, судя по числу противостоявших ему хариджитов, в действительности его войско было значительно меньше. Когда же он обратился в казнохранилище за деньгами, то в нем оказалось всего 200 000 дирхемов, на которые можно было обеспечить для похода одну-две тысячи воинов. Ал-Мухаллаб обратился за кредитом к басрийским купцам и на ссуду снабдил свое войско, правда, и после этого оно было обеспечено оружием хуже, чем хариджиты.
Ал-Мухаллаб навел мост, переправил войско, отбросил хариджитов к Нахр Тира и сразу же принялся заниматься нужным делом - собирать налоги; затем подошел к Нахр Тира и снова не встретил сопротивления. Первое серьезное сражение произошло в Малом Маназире у селений Салла и Саллибра (между Нахр Тира и Ахвазом). Оно длилось три дня. Был момент, когда басрийцы подумали, что ал-Мухаллаб убит, и обратились в бегство. Исход сражения решила гибель Убайдаллаха б. Башира. Поле боя осталось за басрийцами, но потери их были больше, чем у хариджитов. Балаз: убито 7000 хариджитов, ушло - 3000.
После этого сражения, датируемого шаввалем 66/1–28 мая 686 г., вся территория к западу от Дуджайла (Каруна) оказалась в распоряжении ал-Мухаллаба. Он собрал налоги и рассчитался с басрийскими купцами. Хариджиты, которых возглавил двоюродный брат Убайдаллаха, аз-Зубайр б. Али, отошли в горы на границе Исфахана, привели себя в порядок и перешли к активным действиям сначала в районе Суса, потом у Тустара. Ал-Мухаллаб в это время твердо удерживал почти весь Хузистан, военные действия затем перенеслись к Арраджану.



686 год

В октябре 685 года восстали шииты Ал-Мухтара. Вторая фитна продолжалась...

далее к файлу 047

назад к файлу 045